В позе лотоса, положив на колени посох, он держал его руками и вглядывался в облака, плывущие у подножия горы. Под ними распростерлись долины границы Ласкана и Дарнаса. Чуть дальше, севернее — степи орков… бывшие степи, если говорить откровенно.
Со смертью последнего из прямых потомков первого орка, очередная расса Первых была обречена на упадок и скорую гибель. Так, как это уже произошло с нагами, жителями подводных глубин.
Чин’Аме, еще будучи послушником павильона Волшебного Рассвета имел доступ к самым запретным из книг.
Из них он узнал не только о нагах, исчезнувших из безымянного мира еще до того, как расправил крылья регион Белого Дракона, но и о многих других рассах.
Десятках и сотнях.
Их вытесняли. Их линии крови прерывали. Их воля исчезала, а вместе с ней и история мира.
— Однажды, — прошептал Чин’Аме. — здесь не останется никого, кроме людей и младших зверей.
— Ты боишься, старый враг?
Рядом с ним сидел Министр Джу. В своих изысканных, дорогих одеждах. С украшениями работы лучших подгорных гномьих мастеров.
В его волосах блестели волшебные драгоценные камни. А ногти были украшены толченым Солнечным Золотом. Или, как его называли маги и волшебники — истинным золотом.
Его добывали в столь малом количестве, что каждая унция имела стоимость, которую уважали даже в стране Бессмертных. Правда если в регионах истинное золото считалось драгоценностью первой пробы, то в стране Бессмертных его использовали в качестве валюты.
Последние несколько месяцев, после приказа Императора Рубинового Дворца, Чин’Аме и Джу только и делали, что играли в догонялки.
Министр сразу же понял, что глава Волшебного Рассвета знает, где находиться беглый дракон. И потому преследовал его по пятам.
Чин’Аме, мудрец и маг, в свою очередь, пытался запутать след. Он использовал свои лучшие заклинания, вплетая в них магию Слов и волю, но, как бы ни был он могущественнен, министр не отставал.
И это делало ему честь.
Показывало, как достойного бойца.
— Я помню времена войны Трех Зверей, министр, — Чин’Аме провел пальцами по плывущему под ним облаку.
Из него поднялись туманные фигуры дракона, феникса и тигра. Они били друг друга хвостами, драли когтями, кусались и клевали. — Я помню войну, которую привела к падению Первого Императора Драконов. Я помню войну, в которой брат шел на брата, отец на сына, мать убивала дочь… Я помню, как строили Рубиновый Дворец. Я помню, как Травес — герой и предатель, пришел за жизнью нашего Императора.
