— Правильным вопросом будет — что ты здесь делаешь, — очередной взмах и новая черта становится частью иероглифа, скрытого от глаз Хаджара. — Зачем ты пришел сюда, Четвертый Генерал.
— Пришел… куда?
Хаджар этого не видел, но, кажется, фигура улыбнулась.
— В место, где идущий, теряет свое имя, чтобы обрести его заново, — ответил незнакомец. Беседу он вел так же легко, как и занимался каллиграфией. Причем — одновременно.
— Мое имя — не Четвертый Генерал, — Хаджар имел достаточный опыт общения с Древними, чтобы научиться вытягивать из их полунамеков и обтекаемых фраз хоть что-то резонное и понятное.
— Пока еще нет, — не стал спорить незнакомец. — но если ты пришел, значит путь уже начертан. Осталось лишь пройти к нему до конца и закончить Легенду о Четырех Генералах.
Хаджар остался стоять молча. Чтобы он ни сказал в этот момент — вряд ли бы это что-то изменило.
— Времени мало, Хаджар Дархан. Не молчи.
Фигура словно на что-то намекала…
— Ты создатель Пути Среди Облаков и Пути Среди Звезд, — не спрашивал, а утверждал Хаджар.
— Я создал много знаний, — кивнул незнакомец. — Но ты пришел не за ними. Лишь за знанием, как идти сквозь звездный свет, верно? Или же ты пришел за силой отринуть законы Неба и Земли и отправиться в страну, где нет времени? Или же ты пришел потому, что должен был прийти? Но нет, не отвечай. Я вижу, что в тебе, как в цветке погасшей звезды, на котором ты стоишь, слились эти и многие другие пути и уже нельзя отличить где начинается один и заканчивается другой.
Хаджар посмотрел себе под ноги.
Он знал только одну звезду, которая была достаточно известна, чтобы после того, как она погасла — некоторые, пусть и немногие, все еще помнили о ней.
Миристаль.
— Чтобы ходить среди облаков, ты нашел в себе крылья, Хаджар Дархан. Но чтобы идти Среди Звезд… — фигура сделал новый росчерк. — это куда как сложнее. Одних только крыльев не хватит.
И снова молчание. Но не тяжелое, звучащее, как точка. Скорее, как… приглашение. Как многоточие.
— Что мне потребуется?"
"— То же, что и любому другому, кто отправится в путь через вечную тьму, по тропам, проложенным осколкам некогда единого целого, — фразы незнакомцы звучали не менее туманны, чем пелена.
— Ему потребуется сила его имени, чтобы выдержать давление темноты. Потребуется крепость его разума, чтобы найти ориентиры. Жаркое сердце, чтобы согреться там, где не живет имя огня. И, под конец, он сможет рассчитывать лишь на свой дух, который будет даже после того, как все ни станет.
