Каждая молния, ударившая в землю, проносилась по полю, испепеляя все на своем пути и оставляя за собой паутину выжженных следов. Когда же они столкнулись с огненными созданиями Пепла, то итог скоротечной битвы превзошел все ожидания. Существа, несмотря на свое огненное происхождение и магическую сущность, не смогли выдержать натиска ярости небес. Они оказались рассечены и сожжены молнией, а их тела рассеялись во вспышках пламени и дыма.
Воздух наполнился звуками шипящих углей и треском огня, гаснущего под напором молний.
Запах озона и жженой магии пронизывал поле боя.
Пространство, периодически освещаемое белыми вспышками молний, приобрело какой-то потусторонний вид, словно зажатое между яростью бури и остатками магической воли.
Когда последние огненные твари пали под ударами Хаджара, Король Бессмертных даже не шелохнулся. В его глазах отражалось пламя, которое все еще полыхало вокруг, и молнии, которые все еще трещали в небе.
И стоило остаткам молний Хаджара угаснуть, как Пепел, окруженный тлеющими остатками своих огненных тварей, с силой ударил посохом о землю.
И битва разгорелась с новой силой.
Хаджар, решимость которого была так же непреклонна, как и буря, которую он держал на вытянутой руке, шагнул вперед."
"Он мгновенно оказался рядом с Пеплом, обрушившись на противника шквалом неуловимых для взгляда ударов. Воздух вокруг него потрескивал все еще потрескивал редкими вспышками молний. И с каждым взмахом его меча по полю проносилось гулкое эхо, каждый удар высвобождал бушующую силу.
Рассекая воздух, меч Хаджара приносил с собой волны леденящего, синего шторма. Эти морозные порывы пронеслись по полю, и их холод столкнулся с остаточным теплом магии Пепла. И там, где встречались буря и пламя, возникал водоворот пара и тумана, кружась вокруг сражающихся в танце стихийной ярости. Казалось, сама земля содрогается от силы их противостояния, и небо над головой кричит и стонет, не в силах выдержать напряжения.
А Пепел, ничуть не обескураженный натиском противника и переходом поединка в ближний бой, посохом отбивая атаки противника, умудрялся поливать его потоками лавы и пламени.
Одновременно с этим ревущим инферно, пляшущим на кончиках пальцах мага, Пепел сплетал целые гобелены заклинаний, которые материализовались в виде цепей, вырывающихся из-под земли; железных клеток, пытающихся поймать Хаджара в ловушку и стен, поднимающихся, чтобы заключить его в темницу.
