Взмахнув рукой, Хаджар используя волю и мистерии Духа Меча, создал вокруг себя ореол призрачного клинка.
Через почти минуту Хаджар рухнул в озеро, поднимая вокруг себя целый водяной столп. Меч, созданный им, пронзил скалы почти на метр в глубину. И, пускай это произошло с учетом скорости падения, но даже так — было очевидно, насколько Хаджар стал сильнее.
Поднявшись и откинув волосы назад, Хаджар достал из пространственного кольца свои потрепанные одежды и, накинув их на плечи, подошел к Степному Клыку.
Орк, все так же сидящий скрестив руки, лениво приоткрыл глаза. Более того, Хаджар заметил в них нечто, похожее на удивление.
— Неужели не ждал меня увидеть? — улыбнулся Хаджар, выжимая штаны от воды.
— Три дня почти истекли, — прохрипел краснокожий.
— Три дня?"
"Хаджар посмотрел на водопад. Ему показалось, что он потратил максимум пол дня, а оказалось, что в шесть раз больше. Хотя, учитывая все, что он пережил за время подъема, вполне возможно, что Степной Клык на несколько часов преуменьшил.
— Тогда возвращаемся, — заторопился Хаджар. — Нас уже заждались.
— Да, конечно.
Хаджар, не дожидаясь Степного Клыка, пошел в обратный путь. В его сознании, несмотря на попытки не думать о Фрее и её словах, постоянно прокручивалась недавняя сцена.
Если богам так угодно, чтобы Да’Кхасси закончили свое существование, то почему они не вмешались ранее? Вроде как их феи, посланники Седьмого Неба, не только глашатаи воли мифических небожителей, но еще и эмиссары.
При необходимости, как можно было убедиться на примере истории семьи Хаджара, они действительно могли вмешиваться в жизнь смертного мира.
Но тогда почему одну могущественную фею, пусть ту же самую Фрею, не отправили решить проблему? Этому маленькому золотому огоньку хватило бы нескольких ударов, чтобы изничтожить всех присутствующих на многие километры вокруг Да’Кхасси.
Но при этом боги, почему-то, не вмешивались, занимая неожиданно нейтральную позицию.
Или, может, они вмешались, и свое видение шаман получил не благодаря случайному озарению, а…
Внезапно Хаджар ощутил позади себя смертельную опасность.
Не успевая использовать Зов или призвать в реальность Черный Клинок, он, действуя инстинктивно, развернулся на пятках и выставил перед головой, куда приходилась угроза, предплечье.
Удар, врезавшийся по его руке, создал волну силы, которая раздробила лежавшие неподалеку камешки и оставила на массивных валунах глубокие трещины.
