Наверное, одно это могло объяснить причину того, каким именно образом орки могли тысячи лет сражаться с Да’Кхасси. Они просто не знали такого слова, как “сдаться” или “опустить руки”.
— Да что там происходит?!
Чего Хаджар не мог сказать о Дереке…
Переглянувшись, Хаджар вместе со Степным Клыком подошли к камере ученика школы “Красного Мула”. Тот, сидя на полу, выглядел подавленным. Смотрел в пустоту коридора.
Стоило только им показаться в свете кристаллического факела, как Дерек вскочил и схватился за прутья.
— Как вы… Впрочем — не важно.
Выпустите меня!
Хаджар посмотрел на юношу. Он прекрасно знал, что именно творится у того на душе. Сейчас Дерек питал к Да’Кхасси те же самые эмоции, что и к Дарнасу.
Если последние отняли у него мать, то первые — возлюбленную. И то и другое давало достаточный повод к тому, чтобы сжигать себя огнем мести.
Безусловно, оно дарило сило и волю к жизне и преодолению трудностей, но погаснув…
К тому же, в таком состоянии Дерек вряд ли мог всегда сохранять адекватность и холодность разума.
А именно эти два качестве сейчас им требовались больше всего.
— Чего вы ждете?!
— Дерек, — тихо произнес Хаджар. — ты уверен, что хочешь пойти с нами?
Глаза юноши вспыхнули недобрым светом.
— Ты меня об этом уже спрашивал и…
— И смотри к чему это привело, — перебил Хаджар. — мы не собираемся сбегать, Дерек. Мы все еще собираемся отправить Короля к праотцам… ну или кто там у демонов.
— Я это понимаю, — кивнул Дерек. — и если ты думаешь, что я сойду с ума от горя и подведу вас, то это не так.
Я еще не умер от душевных ран, Хаджар, а значит пока нахожусь в здравом уме.
Хаджар вздохнул.
— Решай быстрее, Северный Ветер, — прошептал Степной Клык. — мы в самом сердце их гнезда. Не время мешкаться!
— Проклятье!
Хаджар направил в кольцо энергию и спустя несколько секунд Дерек, выбравшись из клетки, стоял рядом с ними. Он, так же, как и Степной Клык. Пылал решимостью.
Но если орк сражался ради своего племени, то Дерек исключительно из чувства мести. Хаджару, в свое время, потребовалось почти двадцать лет, чтобы понять слова матери Азреи и осознать, что путь мести — путь в никуда.
В этот момент со стороны винтовой лестницы, пронзающей потолок пустой тюрьмы, разнеслось эхо шагов.
— Вечерние Звезды, — прошипел Хаджар.
Вместе с орком и ласканцем, Хаджар рванул в нишу, на которую не падал свет кристаллического факела. Он собрал достаточно энергии, чтобы хватило на призыв Черного Клинка.
Тот бесшумно вспыхнул в его руке полоской тьмы.
