Темное пламя мчится за ними. Оно пожирает траву и кусты, оставляя за собой черную землю, выжженную дотла. Его языки взбираются вверх по деревьям, лижут небо, хватают грифонов за крылья."
"Я смотрю, как ширится мертвая зона, как бегут мои недавние друзья и союзники, и не могу поверить, что это моих рук дело.
Сквозь гудение огня слышится стон земли. Плач существ и растений, умирающих в пламени. Их много. Очень много. Каждая букашка, каждая травинка взывают ко мне и молят остановиться.
Нет, не ко мне. К тому, что осталось во мне от сида.
К тому, что самим своим существованием должно ценить жизнь.
Но, похоже, я больше не сид. Я изменилась. Мой мир изменился. Сердце наполнено лишь жаждой мести, а душу раздирают ярость и гнев.
Я больше не глупая Эльсамин. Я – Антхарейн. Я вернулась и подчиню себе этот мир!
Меня захлестывает ненависть к Эрионару. Как он посмел вмешаться и нарушить мои планы? А орки?! Как они смеют бросать меня и спасать свои никчемные жизни?!
– Не сметь! – слышу свой голос. Низкий, рычащий.
Даже не думала, что могу так свирепо рычать! – Жалкие твари!
Они забыли, чем обязаны мне? Забыли про клятву? Что ж, пришло время напомнить, кто их госпожа!
Пальцы шевелятся, плетя заклинания. Губы шепчут, призывая древнюю магию.
– Эль, не надо! Остановись! – сквозь стену темного пламени доносится голос асура. – Прошу тебя!
Просишь?
Губы сводит в оскале. А в голове крутится вихрь из обрывочных мыслей, наполненных горечью и обидой.
Скоро ты будешь меня умолять! Я поставлю тебя на колени!
«Все зло от асуров, – всплывает из глубины подсознания полузабытая мысль.
– Они во всем виноваты!»
Я не помню, кто это сказал и когда. Не знаю, в чем они так виноваты и перед кем. Но это уже не важно.
Сила, наполнившая меня, рвется на волю, и единственное, чего я хочу, это выпустить ее. Избавиться от раздирающего меня гнева. Обрушить его на головы тех, кто посмел мне перечить.
Заклинание крови короткое, но емкое. Плетение почти закончено, когда раздаются первые крики. Орки, которые находились ко мне ближе всех, первыми чувствуют его действие.
Кровь начинает постепенно нагреваться в их жилах, а скоро вскипит и накажет за бегство.
Ослепленная гневом, я не вижу уже ничего, кроме темного пламени перед глазами. Но слышу отлично! Слышу, как они кричат, падают и корчатся от боли. Как кровь вскипает в их венах, как темное пламя накрывает тела…
Мир вокруг заполняется звуками смерти.
Я наслаждаюсь ими, внимаю, как божественной музыке. Я дирижер, а они – мой оркестр.
