Свадебный обряд должен был состояться в конце весны следующего года, но сейчас я любовался на эту прекрасную пару и думал: к чему ждать? Строить преграды двум любящим сердцам, которые тянутся друг к другу. Нет никаких препятствий для свершения брака, и он будет заключен до исхода этого месяца. Вам разошлют приглашения, как только молодые выберут день…
Нари чувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Сердце так грохотало, что она перестала слышать голос короля, видела только, как шевелятся губы. Она перевела взгляд на Арена – тот широко улыбался, а она мгновенно вспомнила, как он прижал ее к своему животу, как сказал: «Попалась».
Словно она добыча, что угодила в расставленные сети.
– Нет! – произнесла она.
Надо это остановить! Какой месяц? Она и через год не согласится связать свою жизнь с наследником!
Ее «нет» утонуло в шуме голосов, в звуках торжественной музыки. А если кто-то и услышал его, то не обратил внимания: невесты часто сомневаются перед свадьбой, неудивительно, что и юная леди Ньорд поддалась нерешительности! Вон как трогательно жених обнял ее за талию, а после вывел на балкон – подышать свежим воздухом.
Она, бедняжка, совсем разволновалась.
То, что принц увел свою невесту, заметили немногие. Да и те скоро забыли: слуги уже вручили каждому бокал с игристым вином, а король поднял свой.
– За здоровье молодых! – крикнул он.
– За здоровье молодых! – хором откликнулся зал.
Нари стояла на балконе, вцепившись в резные перильца, и никак не могла отдышаться.
Арен возвышался рядом, молча ожидая, когда она придет в себя.
Наконец Нари заставила себя оглянуться и посмотрела в глаза ненавистного жениха.
– Свадьбы не будет, – твердо произнесла она.
Арен усмехнулся:
– Будет, Агнара. Подумай сама – к чему тянуть? Ты все равно бы стала моей, пусть только через год. Я не вижу смысла ждать.
Нари крепко зажмурилась, мысленно считая до десяти. Спокойно, спокойно, думай, Нари.
Она могла бы закатить истерику – плакать и умолять. Да что толку? «Юные девушки такие эмоциональные! – объяснил бы правитель гостям, даже если бы Нари бегала по залу, уговаривая каждого ей помочь.
– Сами не знают, чего хотят!»
Она могла бы спокойно потребовать разговора с отцом. И ей бы пообещали это. Но ожидание продлилось бы не одну неделю, а между тем подготовка к свадьбе шла бы полным ходом, и на нее давили бы и давили каждый день и час, добиваясь согласия.
Оба варианта не подходили. У Нари оставался только один козырь.
