— Ты должен был умереть вместе со своими родителями, но ты отказался, даже после того, как они всадили в твое тело три пули.
— Ты… — голос бабушки звучит хрипло, затравленно, когда она давится слезами и поднимает трость в его сторону. — Ты убил моих детей… и хотел убить моих внуков… Я разорву тебя на части, неблагодарный ублюдок…
Ее трость падает на пол первой, когда пуля попадает ей в лоб. Я кричу, когда она падает на пол, ее безжизненные глаза смотрят в никуда.
— Я сказал тебе заткнуться нахрен, — мой дядя вздыхает и качает головой.
— Теперь ты будешь молчать вечно.
Антон бежит к бабушке, за ним следует Максим.
— Бабушка…
— Ты следующий, — мой дядя направляет на него пистолет. — А потом Саша и ее надоедливый муж. Таким образом, никто не будет стоять у меня на пути к трону.
Антон смотрит на него снизу-вверх и достает свой собственный пистолет.
— Опусти свое гребаное оружие. Это место окружено.
— Ерунда, — говорит Юлия. — Разве твои люди не убедились, что Кирилл пришел один, Альберт?
Мужчина, о котором идет речь, Кирилл, смотрит на парней, держащих его.
— Мы собираемся сделать это красиво или не очень красиво?
Они обмениваются взглядом, но нерешительно остаются на месте."
"— Тогда не так красиво.
Он без особых усилий высвобождает плечо из захвата одного парня и начинает пинать другого, но Юля выхватывает пистолет у одного из охранников и направляет его на Кирилла.
— Больше ни шагу. Я не позволю тебе продолжать жить.
— Мама, остановись! — Константин бросается к ней.
— Даже не пытайся переубедить меня, Костя! Он запер тебя и пытал.
— Он этого не сделал. Он просто хотел кое-что проверить.
— Кое-что проверить? — повторяет она.
— Тот факт, что ты использовала Макара, чтобы попытаться убить мою жену, — говорит Кирилл с резкостью, которая пробирает меня до костей. — Ты заставила его сказать мне, что это был Константин, и даже подделала доказательства этого. Ты спровоцировала меня причинить ему боль, чтобы ты могла спасти его и доказать, что он мне безразличен. Ты хотела, чтобы он приполз обратно к тебе, потому что ты единственная, кто его любит.
Но что же делать, мама? Я на шаг впереди тебя. Я притворился, что попался на твою уловку, и заставил всех в доме поверить в это, чтобы твой шпион передал тебе нужную информацию. Я заставил тебя раскрыть свое истинное лицо Константину.
— Ты не можешь верить этому дьяволу, Костя, — говорит она со спокойной решимостью. — Все, что я делала, было для тебя.
— Тогда прекрати это, мама, — умоляет он.
