А что до моей репутации… За неё можно благодарить вашу дочь, — сказав это Татьяна, вышла с высоко поднятой головой, понимая что последнее слово осталось за ней.
Глава 18
Выйдя от свекрови, Тата решила отправиться на поиски мужа. Она понимала, что он чем-то взбешён, оттого ей и хотелось узнать причину, дабы не испытать на себе всю силу его гнева.
Александра она нашла в кабинете. Изрядно выпивший, он сидел за столом.
Шейный платок был развязан, а серые глаза смотрели на неё с нескрываемым вожделением.
— Неужели моя драгоценная жёнушка решила искать моего общества? — пробормотал он, вставая из за стола. Едва державшись на ногах, он приблизился к Татьяне.
— Александр, вы пьяны? — зачем-то спросила Тата, и так зная ответ.
Она попятилась назад, понимая, что от него можно ожидать чего угодно. Дойдя до двери, девушка хотела выйти, но Александр преградил ей путь, неожиданно прижав к ближайшей стене.
Порывисто дыша, Таня поняла, что находятся в безвыходной ситуации. Запах алкоголя вызывал тошноту, а горящий взгляд супруга не обещал ей ничего хорошего.
Александр провел рукой по её щеке, отметив, как участилось ее дыхание, коснулся пальцем ее губ, ощутив их трепет. Широкая ладонь накрыла её затылок, заставляя девушку приблизить к нему голову.
Его уста накрыли ее губы, и Таня прикрыла глаза, стараясь побороть непрощенные эмоции, охватившие её в этот миг.
Этот поцелуй не был похож ни на один прежний, заставляя её отвечать не менее страстно.
Неожиданно Игнатьев прервал поцелуй, грубо оттолкнув жену от себя, при этом не отпустив её запястья.
— Вы делаете мне больно, Александр! — воскликнула Татьяна, устояв на ногах только благодаря сильной руке удерживающей её на месте.
— А мне не больно!? — спросил Игнатьев, вновь оказываясь рядом. Он отвел её руку за спину, и ближе прижал её к себе. Молодой человек пришел в ярость оттого, что любые его ласки она принимает с закрытыми глазами, — я люблю тебя, ты моя жена, а ты в моем присутствии думаешь о другом?
Татьяна не понимала, о чем он говорит.
Голову будто стянуло стальным обручем, а в висках запульсировала дикая боль. Чего ещё от неё хотел Игнатьев? Она его жена, практически его собственность… Неужели он хочет контролировать и её помыслы? «Но ведь это невозможно!» — пронеслась в голове суматошная мысль, которая не была лишней.
