Столик из карельской берёзы, ярко-красные обои с орнаментами…
Вся обстановка дарила ощущение покоя.
Присев на диван, обтянутый алым бархатом, Татьяна решила заговорить с золовкой:
— Ангелина, а где Саша? Я не видела его сегодня…
— А разве тебе это так интересно? — с издёвкой спросила mademoiselle Игнатьева, одарив Татьяну недовольным взглядом.
Таня задумалась. Ей действительно хотелось знать, где был нынче супруг. За последние несколько недель она успела привыкнуть к постоянному присутствию мужа подле себя. Он окружил её такой заботой, что против собственной воли Таня испытывала тепло и уют, находясь рядом Александром! Даже ночью, когда он просто лежал рядом и крепко обнимал её, Тата не была против его заботы! Очнувшись от своих дум, Татьяна поняла, что так и не ответила Ангелине.
— Наверное, ты удивишься, но мне действительно интересно, — промолвила графиня, взяв в руки корзину с рукоделием.
Она хотела заняться приданным для малыша, ведь теперь можно было это делать не таясь!
— Он отправился на службу, ведь не вечно же ему сидеть подле твоей юбки, — ответила Ангелина, отложив в сторону книгу.
Она встала, и, подойдя к окну, посмотрела на падающий снег.
— А помнишь… — вдруг начала девушка, забыв о былых обидах, — как весело было в деревне!
Ангелина провела рукой по стеклу, затем повернулась к Татьяне.
— Я помню, — с теплотой отозвалась Тата.
Татьяна скучала по прежней Ангелине — подруге, которой доверяла самые сокровенные секреты! Но ныне они чужие друг другу. Как ни старалась Таня, Ангелина сторонилась её и пыталась задеть колкими замечаниями.
— Ты была другой! Не такая гордая, ветреная… Что с тобой сталось? — спросила mademoiselle Игнатьева бывшую подругу.
— Я изменилась, ты права, — начала графиня, — но думаешь, по своей воле, Геля?
Назвав подругу тем уменьшительным именем, Татьяна хотела растопить лёд, сковавший их отношения.
Ангелина хотела было подойти к ней, но гордость и обида взяли верх, и она презрительно фыркнула.
— Ты сама стала такой и заманила в сети моего брата.
Он в тебе души не чает и что же получает в ответ? Твоё притворство и вечные прихоти? Не знаю, что у тебя на уме, но Сашу за нос водить не дам. Тем более скоро появиться ребёнок, и как ты к нему будешь относиться, одному Богу известно.
— Не правда! — возразила Тата.-
Я уже люблю этого ребёнка, а когда он родится, буду любить ещё больше!
Та ярость с которой говорила Татьяна, подтвердила догадки mademoiselle Игнатьевой. Это не ребёнок её брата.
