Наконец, зайдя в книжную лавку, Тата собиралась выбрать несколько книг для Юлии Николаевны. Бабушка любила романы, и девушка собралась найти для неё нашумевшие новинки.
Запах новых и старых книг захватил Татьяну с головой. Графиня настолько увлеклась, что не заметила, как в дальнем углу лавки рядом с ней оказался Алексей.
— Алексей Станиславович, вы преследуете меня? — испугано спросила графиня, нервно сжав ладони в замок.
— Таня, я всего лишь хочу поговорить, а ты лишаешь меня этой возможности! Неужели я многого прошу?
Едва её взгляд встретился с тёмными глазами Езерского, Таня встрепенулась.
Отметив его сластолюбивый взгляд, скользящий по её телу, молодая женщина почувствовала отвращение.
— Неужели в прошлый раз я не дала вам понять, что наш разговор бессмысленен? — Таня неосознанно покрутила в руках ридикюль, пытаясь не выдавать своего волнения, — Я не хотела говорить вам, но теперь видимо придётся. Я виновата перед вами, Алексей Станиславович.
Всё, что было между нами — ошибка. Моя ошибка, и я сполна за неё заплатила.
— Ошибка? — вздернув правую бровь, поинтересовался Алексей. — Неужели тебе понадобилось столько времени, чтобы это осознать?
— Да, ошибка, — уверенно заговорила Татьяна, — Я была благодарна тебе Алёша, за всё, что ты собирался сделать для моей семьи, но то чувство… Это не любовь! В моём сердце всегда был только один мужчина — мой муж."
"Езерский вновь прошёлся взглядом по изящной фигурке.
Элегантный наряд из темно-голубого батиста украшенный розовыми лентами не скрывал манящих изгибов совершенного тела, заставляя вожделение затмить рассудок. Он живо представил, как обнаженная Татьяна извивается в объятьях Игнатьева, отдавая всю себя без остатка. Глаза резко потемнели, превратившись в два чёрных угля, а руки сами собой сжались в кулаки.
— Ты ещё наивнее, чем я думал, — наконец промолвил Алексей, совладав со своей похотью, — как можно любить человека, который оскорбил тебя перед сотней людей, при этом не испытал и капли стыда?
— Довольно! — повысив голос, воскликнула Тата, но тут же прикрыла ладошкой рот, — чтобы вы ни сказали, это не изменит моё отношение к мужу! Я последний раз попрошу вас оставить меня в покое, а ежели вы этого не сделаете, то я всё расскажу Александру!
Графиня собиралась отправиться прочь, но Езерский резко схватил её за плечи, притянув к себе.
