Сердце некроманта

 — Как можно скучать, когда кругом… вот это?

— Любой прекрасный вид приедается. — Он снова оперся о перила, в этот раз рядом со мной, а не вокруг меня. И опять вроде бы не касался, но стоял слишком близко. — Предполагается, что братья должны поочередно нести стражу на башне, но от кого тут сторожить, скажи на милость? Разве что увидеть пожар раньше остальных и послать служку к бодрствующим.

Бодрствующие были людьми короля. Они тушили пожары, а по ночам еще следили за порядком.

— Наверное, в этом есть какая-то польза, — продолжал брат Михаэль.

Показалось мне, или в его голосе промелькнула насмешка? Наверное, показалось. Сегодня я вообще на удивление тугодумна. Неужели одна-единственная встреча со злом настолько выбила меня из колеи?"

"— Потому что храму от этих бдений никакой пользы. Пожар ему не угрожает, нападение тоже, а демонов, — он усмехнулся, точно сам не верил, что те способны обрушиться на храм верховного бога, — трудно не заметить.

При упоминании демонов красота города словно померкла.

— Ты уже слышал?

— О разрыве над Эзенфелсом? Да, конечно. Один из братьев не поленился забраться сюда, чтобы поделиться новостями. — Михаэль снова развернулся ко мне, взял за плечо. — Но не бойся. Ни этому храму, ни этому городу, ни вам, сестрам, ничего не угрожает. Нас много, и мы сумеем защитить вас от демонов.

Я высвободилась.

— Я не боюсь. Мне жаль погибших.

— Сегодня будет всенощное бдение в молитвах за их души. Я там буду. Приходи и ты.

— Приду, — пообещала я прежде, чем вспомнила, что мне следовало бы обдумать предстоящий завтра разговор. Впрочем, если уж в любом случае придется провести ночь в молитве, так лучше со всеми.

— Я буду рад снова тебя увидеть. А теперь беги, пока нас не застали здесь вдвоем.

— Но мы ничего плохого не делаем, — не поняла я.

Он улыбнулся так, что я почувствовала себя дурочкой.

— Те, кто то и дело сталкиваются со злом, начинают видеть его даже в самой невинной ситуации. Обжегшись на молоке, дуют на воду, сама понимаешь.

Вниз я слетела вприпрыжку — матушка Епифания часто ругала меня за неподобающую резвость: светлой сестре должно вести себя со спокойным достоинством. Не зря ругала — у подножия лестницы я едва не столкнулась с Первым братом.

Он вовсе не выглядел человеком, от одного имени которого трепетало полмира. Когда он приветствовал меня после приезда в храм, то вел себя мягко, будто дедушка, которого я не помнила.