Сердце некроманта

Или мог? Похожа ли я сейчас на саму себя — в затасканной мужской одежде, с пропотевшими и запыленными волосами?

Я молча вздернула Марту за локоть — хоть она и была тяжелее меня, но многие и многие ведра воды, что я перетаскала в огороде обители, поливая грядки, давали о себе знать. Впрочем, хозяйка не сопротивлялась, позволила вывести себя в коридор.

Я ожидала, что светлый брат окликнет, приказав вернуться, но дверь закрылась за моей спиной.

Что же мне делать?

— Где сейчас инквизиторы? — прошептала я.

— Везде, — так же шепотом ответила Марта.

— Пойдем, я провожу тебя в твою комнату, нечего тебе делать при мужском разговоре, — сказала я вслух.

Марта закивала мелко и часто, губы ее тряслись. Я вывела ее на лестницу — внизу мелькнула серая ряса.

Нет, спускаться в ее комнату, чтобы поговорить, опасно, меня могут схватить на лестнице. Или рискнуть? Пусть боец из меня не великий, но инквизиторы уверены, что до магии никто из нас не дотянется. Может быть, внезапность сыграет мне на руку, а там и остальные подхватят?

Нет.

Если тот охранник в самом деле предатель — а ничем иным объяснить появление инквизиторов было нельзя, — они знают, что здесь я. Значит, по крайней мере, один из нас способен колдовать.

— Да что ж ты на ногах не стоишь! — воскликнула я, прислоняя ее к стене.

Пусть те, кто нас подслушивает — а нас наверняка подслушивают, — услышат лишь ворчание пажа, слишком глупого, чтобы оценить опасность.

— Я никогда не выдавала клиентов, — прошептала Марта. — Но если ты попытаешься сбежать, закричу.

Я не хочу на костер.

— Даже если выдашь, мы окажемся у соседних столбов."

"Странное дело, я должна была бы презирать эту женщину за ее занятие, но мне было ее жаль. Ей пользовались как вещью, чтобы потом бросить: «какая-то шлюха». Да, возможно, Роналд сказал это специально, в конце концов, он не оставил на растерзание демонам совершенно незнакомых людей с постоялого двора. Но я могла лишь гадать, что действительно у него на уме, а Марте и вовсе неоткуда было это знать.

Зато инквизиторы наверняка воспользуются поводом покарать «блудниц», даром что много лет закрывали глаза на их существование.

— Черный ход в доме есть? — спросила я.

— Есть, но его караулят.

— Ход на крышу? Я посмотрю, что творится снаружи.

Предложение уйти по крышам я придержала при себе. Да, мы с Дитрихом сумели так сбежать с площади, но если начистоту, без него я бы далеко не ушла. К тому же, тогда я была в просторном и удобном одеянии жрицы.