Сердце некроманта

— Кому? — не поняла я.

— Всем этим светлым, которые приговорили тебя. Страху. Я бы из вредности не позволил ему сожрать свою жизнь. А ты?

— Ты прав.

Он и не позволил. Интересно, страшно ли ему сейчас? А вчера, когда он «импровизировал» — один против толпы, стражи и конвоя инквизиторов?

Я заставила себя распрямить плечи и поднять подбородок. Сейчас мы с Дитрихом были одеты как дворяне, значит, и вести себя нужно соответствующе. Я припомнила наставления, которыми воспитатели изводили братьев. Если мне подобало сдерживать неприличную для девицы резвость и держать глаза долу, то им, наоборот, предписывалось смотреть людям прямо в лицо.

И простонародью, и тем более — власть имущим; открытый взгляд должен показывать, что ты не таишь никаких дурных намерений. Разве что перед светлыми братьями и сестрами полагалось склонить голову, принимая благословение.

— Так-то лучше. — Дитрих ободряюще сжал мое плечо. — Вот так на них всех и смотри. Если по дороге попадется патруль инквизиторов, справишься?

— Не думаю, что меня знают в лицо все братья столицы.

 — Я с деланым безразличием пожала плечами, хотя внутри что-то противно сжалось.

Нет, Дитрих прав. Нельзя позволить страху сожрать мою жизнь! Я вскинула голову. Даже если встретится патруль, нужно вести себя естественно, и тогда на меня просто не обратят внимания.

По дороге до рынка повода испытать самообладание не подвернулось — один раз нам встретились два стражника, обходящие город, и все. А потом мы дошли до рыночной площади, и я забыла о своих страхах, заодно поняв, почему Дитрих, сбежав от отца, не стал покидать столицу.

Сколько же людей было вокруг! И ведь это даже не десятая часть всех столичных жителей. По дороге сюда Дитрих рассказал, что почти в каждом квартале есть свой рынок — где-то попроще, где-то побогаче. Эти кварталы считались бедными, «трущобами», как сказал некромант, и рынок здесь был небольшим. Но все же в толпе среди серо-коричневых одежд простонародья хватало и прилично одетых людей.

Мы с Дитрихом в наших одеждах небогатых дворян не слишком выделялись среди остальных. Две капли воды в огромном людском прибое.

— Не отставай, птичка, — сказал Дитрих, ввинчиваясь в толпу.

Вот когда мне стало вовсе не до страхов, точнее, все их вытеснил один — потерять спутника из виду. На несколько мгновений я почувствовала себя маленькой девочкой, убежавшей от няньки в дворцовом саду и обнаружившей, что кругом нет ни одного взрослого и непонятно, куда идти.