Сердце просит счастья

Неужели она все еще не верит в правильность и искренность того, что происходит между ними? Терпение, напомнил он себе, еще раз терпение. У него впереди вся жизнь, чтобы убедить ее в этом.

Джерри не сомневался, что ему придется преодолеть еще немало препятствий, но в конце концов он убедит ее в том, что они созданы друг для друга и должны быть вместе. И что он никогда ее не оставит и не предаст.

Несколько раз подбросив апельсин в воздухе, Джерри очистил кожуру и разломил его на дольки. Сок брызнул ему на руку.

– Это твой апельсин. Надеюсь, ты не упустишь ни капли, – сказал он, протягивая ей руку.

Взглянув на него, Сабрина прочла в его глазах дерзкий вызов.

Она приняла его. У Джерри перехватило дыхание, когда она приникла к его коже губами, слизнув капли языком. А она, как ни в чем не бывало, с довольной улыбкой вернулась к завтраку, с невинным видом отломив сочную дольку и откусив.

– Дерзкая девчонка, – пробормотал он.

Несколько минут они ели в молчании, потом Джерри спросил:

– Ты собираешься продолжать посещать Аманду Картер?

Она кивнула.

Вот черт! – про себя выругался Джерри. Неужели она не понимает, что его любовь избавит ее от всех комплексов и проблем гораздо быстрее и эффективнее, чем все психоаналитики, вместе взятые?

– А тебе не кажется, что все твои прежние неудачи с мужчинами происходили по их вине, а не по твоей? – спросил он.

После того как в ее жизни появился Джерри Баррет, Сабрина и сама все чаще склонялась к такой мысли. И все же…

– Я хочу быть уверена, – упрямо ответила она.

Джерри окинул многозначительным взглядом смятую постель и вскинул бровь.

– А что, по-твоему, было здесь этой ночью?

Она залилась нежным румянцем, сделавшим ее еще красивее, еще желаннее.

– Э… потрясающий секс?

– Ты считаешь, только секс?

– А ты считаешь иначе? – Ну давай же, скажи что-нибудь! – молча молила она его. Убеди меня в том, что между нами не только секс, но что-то гораздо более важное, серьезное и долговечное.

Джерри вздохнул. Если он сейчас начнет убеждать ее в серьезности своих намерений, она может испугаться и убежать. Он до сих пор не мог поверить, что утром она не сбежала, а осталась. Нет, еще слишком рано, решил он. Надо подождать. Пусть ее лучше убедят его поступки, а не слова.

– Поживем – увидим, – сказал он наконец, и это было самым мудрым из того, что он мог сейчас сказать. – Ладно.