Сердце академии магии

Расчет был на разговор, свидетелем которого стало бы «Черное око», и твоя помощь здесь оказалась бесценна.

Я хотела усомниться в последнем утверждении, но спросила совсем о другом:

– Как вас допустили до работы в конторе безопасности, если вы не до конца контролируете свою магию?

– Ты о том, что я ушла из академии после замужества? Так в домашнем обучении есть масса преимуществ, в том числе и тот факт, что мои успехи известны лишь самому узкому кругу людей.

– Нет. Я о том, что вы нечаянно отправили нас с Эраем в подземелье.

Мне казалось, будущая свекровь должна смутиться, но она звонко рассмеялась.

– Красивой женщине позволено иметь небольшие недостатки, – отмахнулась мэдью Коннелл, превращаясь обратно в легкомысленную кокетку. – К тому же я извинилась. Что? Нет? Значит, извиняюсь сейчас. То была досадная случайность.

Ответить я не успела. Ближайшее к нам окно распахнулось с ужасающим грохотом. В помещение кубарем ввалился Эрай, на ходу сбивая горшки и кадки с растениями. По ногам пробежал холодок, пахнуло свежим морозцем.

– Даша! Мама! – закричал он, а уж потом, когда осознал, что с нами все в порядке, возмутился: – Вы почему здесь заперлись?

– Обменивались секретиками. – Мэдью Коннелл задорно подмигнула мне и с довольным видом выплыла в бальный зал, двери в который предупредительно распахнулись перед ней.

На минуту в зимний сад ворвались звуки музыки и гул светской болтовни, затем резные створки сомкнулись, снова отсекая нас от всеобщего веселья.

Эрай закрыл окно, после чего повернулся ко мне, сверля взглядом, в котором читался вопрос.

– Ты с ума сошел? Зачем громишь дворец? Как отреагирует на это глава? Что случилось, в конце концов? Разве у тебя амулет просигналил об опасности? – засыпала я его вопросами, будучи уверенной, что кольцо все это время молчало. Можно даже с гордостью сказать: в этот раз ситуация была у меня под контролем.

На самом деле мне очень хотелось поделиться своими успехами с Эраем и поблагодарить его за помощь в освоении дара, который, как я прекрасно понимала, мне еще приручать и приручать. Но я дала себе слово стать осмотрительнее. Даже близкому человеку не всегда следует знать о некоторых вещах, и суть даже не в доверии, а в заботе о его душевном равновесии.

Огорошенный множеством вопросов, Эрай слегка растерялся.