Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

— Хорошо, что у меня… хватило сил, — из его пальцев выкатился обломок посоха и в то же мгновение руна на ладони Хаджара исчезла. — Думал… у меня… не получится… привести тебя… сюда.

Хаджар опустился на корточки рядом с умирающим. Судя по следам на энергетическом теле, по отметинам на полу и длинным кровавым полосам, битва уже давно ушла дальше — вглубь коридора.

— По прямой, — перебил маг. — просто… по прямой.

Хаджар кивнул. Даже будь он лучшим из целителей, он уже ничем не смог бы помочь этому человеку.

Так что, не желая терять драгоценного времени, Хаджар поднялся и уже собирался открыть тропу ветра, как услышал за спиной.

— Пожалуйста… помоги… ученикам…

Это были последние слова Гаф’Тактена, после чего тот поник и издал последний вздох.

Хаджар скупо выругался.

Следующим шагом Хаджар уже шел среди ветра по, казалось бы, бесконечному коридору. Здесь сложно было сказать, сколько он прошел — метр или тысячу километров. Окружающая действительность оставалось неизменной.

Те же стены. Тот же пол и свод. И те же редкие, давно уже опустевшие петли для отсутствующих факелов. Единственным ориентиром, свидетельствующим о том, что Хаджар приближался к цели — все чаще и чаще он встречал отметины от проходившей здесь битвы.

Выбитые камни из кладки. Следы крови. Иногда — тела старейшин. Те до самой последней капли своей крови стояли на страже вверенного участка. Могущественнейшие из мастеров Сумеречных Тайн и… абсолютно беззащитные перед лицом Горенеда и его фанатиков.

Когда Хаджар увидел перед собой сцену с двумя телами, нависшими друг на другом, пронзившие противника мечом, он понял, что осталось немного. Подойди ближе, генерал опознал в умершем — главу торговцев Сумеречных Тайн, а того, кого пронзил кинжал купца — одного из подручных Элегора.

Хаджар только покачал головой и побежал дальше.

Уже буквально через несколько минут он оказался перед высокими, дубовыми створками. Распахнутые настежь, они открыли взору Хаджара картину, одновременно странную и в то же время — совершенно обыденную для Безымянного Мира.

В центре просторного зала, посередине между Элегором с его двумя тяжело дышащими фанатиками и Эденом, вместе с парой уцелевших старейшин и Абрахамом с Гаем, на высоком постаменте лежал… камень.

Самый обычный, просто камень. Серый, с узором из черных прожилок. Ничем непримечательный — размером с голову собаки. Простой булыжник, коих в горных не счесть.