Сердце Изнанки. Книга – 3

— Я думаю, что следует смотреть на жизнь позитивно! А если смотреть только на тёмные стороны жизни, то так и жить не захочется, — сказал я, откусывая хрустящий круассан и запивая его ароматным кофе.

— Ну, раз уж вы здесь и раз уж день у меня дополнительный появился, — задумчиво произнёс Медведев, отпивая глоток кофе, — я попрошу вас об одном одолжении. Не могли бы вы доставить письмо моей супруге?

— О, вы женаты? — спросил я с искренним удивлением.

— Странно было бы, если бы человек в моём возрасте был не женат и не имел детей, — с прищуром посмотрел на меня он.

— Это точно, — произнёс я, хохотнув.

Сам я не припомню, были ли у меня в прошлой жизни дети или супруга. Вернее, женщин у меня явно было много — но была ли жена, одна единственная, родившая мне наследников? Не знаю. Память об этом стёрта начисто.

— Знаете, Медведев, — произнёс я после недолгого размышления. — Письмо я у вас возьму, но передавать до поры не буду.

— Как это? — удивлённо посмотрел на меня он.

— Я думаю, что у вас появится возможность самому передать супруге письмо.

Встав со стула, я потянулся, чувствуя, как ноют все мышцы.

— А вам хорошей ночи, и верьте в лучшее. Я слышал, что если настраиваться на хороший лад, то только хорошее в жизни и будет происходить.

С этими словами я осторожно растолкал заснувшую Ласку, вынул из ножен на бедре кинжал и, готовясь к очередной схватке с ордами теней, провалился в изнанку.

Ничто не могло омрачить мне настроение — я сегодня выиграл целый день жизни для одного человека. Для кого-то это всего лишь один день, а для кого-то огромнейшая ценность, непонятная простым людям, что завтра просто пойдут на работу или будут заниматься обычными бытовыми делами. Как сказал один умный человек: всё в этой жизни всё относительно.

Тем временем все процессы по освобождению заблокированных зон не останавливались ни на минуту. Перекрытия и шлюзы вскрывали на протяжении всей ночи — работы было непочатый край. Не стоило забывать, что там по-прежнему находились заключённые, которые хоть и преступники, но тоже должны есть, гулять и обслуживаться согласно установленным нормам.

Как оказалось, заключённых в глубине учреждения миновала участь отравления.