Сердце лета

Я продолжала молчать. У Красильникова было такое выражение лица… сочувствие, борющееся с отчаянием. Как в день, когда он оторвался от моего поцелуя на качелях.

– Хотел попрощаться. Я сейчас уезжаю. Буквально через час.

Дышала ли я? Сомневаюсь, потому что от нехватки кислорода закружилась голова.

– Может, мы хотя бы номерами обменяемся? Или ты не планировал мне звонить?..

Он нахмурился, пальцы дрожали, пока доставал телефон. Я протянула ему свой, чтобы он вбил цифры, и сделала то же самое на его смартфоне.

– Ты знаешь, что Титов приезжает? – решила спросить я.

Дождь усилился, вдали грохотал гром. Алик закурил сигарету, и дым разнесся по вагону.

– Да, он звонил мне. Не уверен, что успею с ним встретиться, хотя он хотел. Я, пожалуй, еще не готов.

– Ты поэтому сбегаешь?

На самом деле я хотела спросить: «Ты сбегаешь от меня?»

– Сбегаю? – Он сделал затяжку, а я, как завороженная, пялилась на его скулы. – У меня завтра смена на пожарной станции. Придется отрабатывать шесть дней, а потом график восстановится.

Я боялась задать важные вопросы. Боялась услышать ответы. Снова. Алик затушил сигарету.

Губа дрогнула, выдав мои чувства. Олег подошел вплотную, коснулся моей щеки, провел пальцем по ключицам, отчего я вздрогнула и закрыла глаза. Невесомые поцелуи сыпались по щекам, губам. Не выдержав этой истомы, я запустила руку в его волосы, прижалась к груди и поцеловала с такой жадной страстью, что Алик громко вздохнул, прошептав мое имя.

– Аглая… – на выдохе обратился он, соприкоснувшись своим лбом с моим. – Мне пора. Я тебе обязательно позвоню, хорошо? Когда ты будешь в Москве?

– Думаю… послезавтра, – еще тише ответила я.

– Хорошо. Как ты себя чувствуешь?

Пришлось оторваться друг от друга, я прошлась взад-вперед.

– В порядке. Нога прошла, видимо, всего-навсего потянула мышцу, – выдавила улыбку я.

Главное – не плакать.

– Тогда созвонимся на этой неделе.

Беспокойство читалось в его глазах. Алик напоследок поцеловал меня в лоб, криво улыбнулся и выпрыгнул из вагона, попав под самый ливень.

Не успел дождь стихнуть, как я запрыгнула на велосипед и, не отвечая на зов мамы, покатила в сторону кладбища. Ноги то и дело слетали с педалей, но я не могла остановиться. Капли нещадно мочили волосы, били в лицо. Не разглядеть было родных домов, прибитой дождем пыли, только деревья покачивались в медленном танце ветра.