Сердце лета

Да и осознание того, что друзья ради меня два дня горбатились в полях, кустах и на чужих участках, не могло не греть душу.

– Тебя твои‐то поздравили? – шепотом спросила Аня. В ее глазах читалась вселенская жалость.

– Вообще‐то мы провели чудесное утро. Дедушка нарвал мне полевых ромашек, привез торт, мои любимые пирожные, даже умудрился новый канал на нашем доисторическом телике настроить! – воодушевленно поведала я.

Милена бросила на меня гневный взгляд, адресованный не мне лично, конечно, и все же он меня задел.

Я привыкла к такому воспитанию и, несмотря ни на что, любила свою семью, пусть и отсчитывала месяцы до совершеннолетия. Дедушка и бабушка выросли в деревне и увидели город только к двадцати годам! У них другие традиции и обычаи, взгляды, и с этим я тоже смирилась.

– Я вижу, что ты хочешь его оправдать, – буркнула Милена.

– Никаких оправданий, просто… они такие, какие есть, и, пока мне нет восемнадцати, я не имею права голоса. Какой смысл это обсуждать?

Милена фыркнула и затеяла словесную перепалку с Андреем.

Пока мы болтали, подтрунивали друг над другом и ели, погода заметно изменилась. Солнце скрылось за плотной темно-серой тучей, день померк, пляж накрыло тенью приближающегося дождя или того хуже – грозы.

– Пора сворачиваться… – заметила Анька.

– Блин, мы ж даже искупаться не успели! – расстроился Вова.

– Так давайте поплаваем, пока не ливануло!

Андрей вскочил, стащил футболку, взял разбег и нырнул в воду. Недолго думая, мы последовали его примеру. Барахтаясь, брызгаясь, ныряя, мы провели в воде около часа.

Анькины пухлые губы стали мертвенно-фиолетовыми, и мы дружно прогнали ее на пляж отогреваться. Провожая Воронцову взглядом, я заметила две хорошо знакомые машины.

– Это что у них, матрас? – спросил Вова, щурясь.

Действительно, из пикапа торчал здоровенный надувной матрас. Миша схватил его и потащил к реке, за ним гуськом последовали Ульяна, Степа, Женя и… Кристина с Аликом. Парни шли без рубашек, с голыми торсами, и я позволила себе засмотреться на Алика.

Его густые каштановые волосы разметались от ветра, прикрывая глаза кудрявой челкой. Он не был крупным, как Кулаков, но его точеные рельефы манили, призывая коснуться. От подобных мыслей я вздрогнула и отвела взгляд. Что это со мной?

Кристина, словно нарочно, выбрала самый откровенный купальник, едва прикрывавший интимные места, и не отходила от Красильникова. Да, она шикарна, я бы даже сказала, роскошна по сравнению с такой покалеченной замухрышкой, как я.