Сердце лета

По крайней мере, я так предполагала.

Мы лежали на мохнатом ковре у камина, после того как целый час пытались повторить движения из клипов группы The Pussy Cat Dolls, и чуть не переломали стулья, танцуя под их песню «Buttons». Треск горящих поленьев заглушал раскаты грома, и в груди зарождалось теплое чувство абсолютного комфорта.

Елена Сергеевна знала о моей фобии – боязни нетрезвых людей, – оттого весь вечер разносила своего мужа, а затем уложила спать в сарай. Вообще‐то лет семь назад Анин отец не так часто напивался и даже играл с нами в прятки на участке.

Бывало, мог спеть песню, подыгрывая себе на гитаре, или рассказать сказку собственного сочинения на ночь. По словам Ани, ее папу всегда тянуло к… творческим берегам. Этакий бременский музыкант без фиксированного места жительства и каких‐либо сковывающих обстоятельств. «Не выдержал семейной жизни. Думал, влюбился навсегда, думал, я поддержу его гулянки и уличные выступления. Но как бы я тогда Аньку вырастила, Глаш?» – говорила Елена Сергеевна.

Около восьми вечера мы наелись торта, напились травяного чая и теперь, после зажигательных танцев, страдали от тошноты.

– Надо было подождать… – прокряхтела Аня.

– Скажи спасибо, что шею на стуле не свернула, а ведь была близка к этому.

– И почему мне так не везет? – хохотнула Анька.

– Не знаю, Ань. Может, у Ведьмы спросить?

– После ее слов о Петре Ивановиче как‐то не хочется к ней возвращаться.

– Пойдем в спальню? Я что‐то засыпаю…

Мы поднялись на второй этаж.

Он был совсем маленьким и состоял лишь из Аниной комнаты.

Пол устилал пушистый серый ковер, и я наслаждалась, ступая по нему босыми ногами. Анька выдала мне платье-футболку с диснеевской Русалочкой. Оно было великовато, но мои купальник и платье до завтрашнего утра будут сохнуть у камина, а ходить голой в гостях как минимум неприлично.

По стеклу бежали капли дождя, комнату то и дело озаряла новая вспышка молнии.

Мы с Аней прижались друг к другу в постели и болтали о школе, будущем, мечтах, экзаменах… а потом она задала вопрос, который, судя по интонации, весь день вертелся у нее на языке.

– Аглай, а что у вас с Аликом?

Я надеялась, что в темноте было не разглядеть мою ошарашенную физиономию.

– Мне просто показалось… Ты не находишь странным, что он тебя чуть не угробил пару раз, плюс похитил и плюс…

– Слушай, Анют, я вообще нахожу его странным.