Сердце Океана

 — Голос Эйнара был спокойным и уверенным, а у меня так бешено билось сердце, что мне казалось, все слышат его стук.

— Селеста Сорен, подтверждаешь ли ты свой отказ от рода Сорен ради намерения войти в род Арн, вручив право распоряжаться своей жизнью своему мужу.

— Подтверждаю, — выдохнула я, быстро взглянув на Эйнара.

— Приступим к ритуалу, — кивнул жрец.

Мне пришлось со стороны наблюдать, как он осторожно достает мой цветок и переносит его на новое место. Он с легкостью снял покров, наброшенный отцом, но никак не отреагировал на два соцветия, словно это было в порядке вещей.

Сначала это взволновало меня, но я быстро пришла в равновесие. Мой мужчина был спокоен, а значит, решил эту проблему, и мне ничего не грозит. Жрец направился туда, где был отведен уголок для представителей рода Арн. Отныне место частичкам моей души будет среди него. Я согласилась на это добровольно, почему же так нервничаю? Ведь причин нет!

Цветок занял место по соседству с Эйнаровым, и я затаила дыхание. Вдруг не приживется, несмотря на искреннее желание быть вместе с его владельцем.

— Протяните руки, — сказал жрец.

В этой части ритуал, который я проходила с Сайдаром, и сегодняшний совпадали. Требовалась кровь, отданная добровольно. Острие кинжала рассекло сначала ладонь жениха, затем мою, окрасив воду красным мутным облаком, которое, подобно туману, скрыло цветы от наших глаз. Жрец нараспев читал заклинание, отныне связывающее нас с Эйнаром, но я неотрывно смотрела и ждала, когда видимость улучшится, и крепко сжимала ладонь мужчины.

Сказать, что волновалась, означало не передать и десятой доли испытываемых эмоций. Наверное, поэтому сначала не обратила внимания на боль в плече. Машинально потерев кожу, с удивлением заметила, как прорисовывается новый символ. Знак стихии остался, но видоизменился. Увы, выяснить, что на самом деле появилось на плече, не успела. Эйнар прикрыл кожу ладонью, вновь маскируя символ на знак его рода. В этот момент жрец закончил, провел рукой, возвращая воде прозрачность, и я ахнула. Отныне наши цветы с Эйнаром не просто росли рядом, они умудрились переплести стебли. Но самое удивительное было в том, что теперь на нашем таком необычном цветке красовались четыре соцветия, и невозможно было отличить, который из них чей. Принятие в род ознаменовало и то, что лепестки на моих цветках изменились и стали насыщенного синего цвета.

— Ваш брак благословила богиня, — сказал жрец. — Великая Амфитрита нечасто одаривает своих детей такой милостью.