- Это Афины, - начал неспешно говорить Алим, даже чуть приподнялся и повёл рукой, указывая стороны, - был я здесь давно, когда ещё свободным считался человеком, - печально добавил он, но потом, словно что-то вспомнив, нахмурился, но говорить не перестал, - Афины стоят близ моря, как ты уже знаешь, мы по нему сюда приплыли, точнее нас сюда доставили, и на северном берегу Илисса, речки, обыкновенно пересыхающей летом. Невдалеке от северного края течет на плодородной равнине другая речка, Кефисс, - сухой, как ветка палец ткнул в озвученном направлении, - а там, как ты также уже успела заметить, возвышается гора Ликабет.
Восточная и северная части Афин, составляющие большую их половину, лежат на равнине, отсюда не видно, но, если судьба будет к тебе благосклонна, ты сможешь прогуляться по городу и прокатиться по его окрестностям, там и посмотришь, - Алим смолк на долгую минуту, а я продолжала крутить головой, пытаясь охватить всё и сразу, неуёмная душа исследователя требовала пищу для ума. - Юго-западная часть построена на двух грядах холмов, разделенных небольшою ложбиною; передняя гряда идет с севера на юг, задняя, находящаяся к юго-западу от неё, имеет направление, одинаковое с Ликабетом, с северо-востока на юго-запад.
Передняя гряда состоит, главным образом, из двух скалистых холмов. Восточный холм её – самое высокое место в целом городе. С трех сторон он поднимается над равниной крутыми утесами; только с запада можно на него всходить. На его довольно обширной верхней площади стоит цитадель Афин – Акрополь.
Отсюда его пока не видно, сейчас выедем на открытую площадку, заметишь. На запад от Акрополя поднимается скалистый холм Ареопага; на восточной окраине этой скалы под открытым небом собирается афинский трибунал, именем которого она и именуется, а под обрывом её восточной окраины, в скалистой ложбине между холмом Ареопага и Акрополем, стоит храм Эвменид, - устало откинувшись на трясущийся бортик, араб прикрыл веки и пробормотал, - Аглая, зачем тебе всё это знать? Жизнь рабов коротка и весьма неприятна.
Не думай, что будучи наложницей, тебе всё будет мягко и гладко.
- Я и не думала, - обидно было, что он меня принял за легкомысленную особу, которая не понимает, в какой ситуации оказалась.
- Ничего ты не понимаешь, - покачал он головой, и смолк, явно не желая развивать эту тему.
А мне стало грустно: ведь действительно - всё вокруг настоящее, и эти люди вовсе не актёры, эти стены - не декорации. И пиратский корабль - весьма неприятное место.
