Сердце Проклятого

Или — ничему. Правда — это не то, что мы есть на самом деле. Это не то, что о нас говорят. Правда — это то, во что верят люди. Они поверят, что я злодей — и я буду злодеем для всего мира. Они назовут меня мудрецом — и, если даже Господь лишит меня разума, я останусь в их памяти мудрейшим из мудрых. Людская жизнь коротка, женщина, а память у человеков еще короче, но, если тебя запомнят — какая разница кем? — это почти бессмертие.

— А если мне есть разница, кем меня запомнят?

Шаул вздохнул. Тяжелые морщинистые веки на миг скрыли обсидиановый блеск глаз.

— У Него было двенадцать учеников, — пояснил он терпеливо, словно говорил с несмышленым ребенком. — Женщин среди них не было.

— Меня не было? — переспросила Мириам.

— Ты? — удивился вопросу Шаул. — Ты была. Ты была рядом. Он спас тебя от смерти, изгнал бесов, что одолевали твою душу и плоть, и ты оставила свой постыдный промысел. Пошла за Ним, готовила еду, омывала Ему ноги. Ты стояла возле Его креста. Ты омыла Его тело, завернула в пелена.

Ты возвестила о том, что Он воскрес, и всю дальнейшую жизнь свою посвятила молитвам и ожиданию Его пришествия. Разве это плохо?

Он чуть подался вперед и спросил с угрожающей нежностью в голосе.

— Разве в моей истории есть неправда?

— Ты перемешал правду с неправдой так, что сам не отличишь одно от другого! Что, я никогда не была Его ученицей?

— И Он не любил меня больше других?

— И я не была к Нему ближе, чем все остальные? Я не объясняла им Его слова? Он не советовался со мной, как с остальными?

— Нет, женщина! Ты поклонялась Его мудрости, ухаживала за Ним, готовила для Него, стелила Ему постель…

— Только стелила? — переспросила Мириам.

 — И Иешуа не делил ее со мной?

— Нет, Мириам! Разве наш учитель, сын Царя Небесного, мог делить постель с земной женщиной? Разве Он хоть когда-нибудь провел кого-то под хупой?

— Что ты, женщина! — перебил ее Шаул. В голосе его слышался неподдельный ужас, но глаза улыбались и от усмешки чуть кривились тонкие губы. — Что ты такое говоришь? Какой сын? От кого? У Иешуа никогда не было сына! У него не было детей! Ни жены, ни детей — только ученики и последователи!

— Ави, привет еще раз! Как долетел?

Дихтер уже шагал прочь от вертолета к замершим неподалеку джипам частного охранного агентства.

Он прибыл в Хайфу как частное лицо и встречали его, как частное лицо — без пафоса и излишнего шума.

— Слушаю тебя, Вадим.

— Хорошая новость, друг мой — мы вычислили физический адрес их хакера.