Серёжик (без иллюстраций)

Навстречу гостям выплыли две кометы с огненными хвостами и поклонились.

— Добро пожаловать во Дворец!

Глава 24 Тысяча и один герой

Все было удивительно в Небесном Дворце. Сделанный изо льда, он оказался тёплым внутри.

В нём висело множество зеркал, где нельзя было увидеть себя, а только зал во всём его сказочном великолепии. Ледяные колонны были оплетены веточками цветущих яблонь, но те не замерзали, а лишь сильнее благоухали. Но удивительнее всего оказалось то, что на некоторых колоннах уже поспевали яблоки.

На длинных окнах струились шторы, сотканные из настоящего дождя. Быстрыми, еле поспевающими друг за другом, блестящими каплями лилась вода, но пол был почему-то сухим. Серёжик осторожно потрогал штору лапкой — самый настоящий тёплый дождик!

На стенах менялись живые картины: тысячи бабочек перелетали с места на место, и перед поражённым Серёжиком вспыхивали то маковое поле, то домик около речки, то сумрачные горы. Самым замечательным было море, оно так шумело, выбрасывая волну за волной, что Серёжик даже попятился.

Вдруг где-то зазвенели колокольчики, огненные кометы взметнулись ввысь и тут же с потолка опустились обитые голубым бархатом стульчики. Они повисли в воздухе, и все стали на них запрыгивать, занимая места.

Серёжик со Звёздочкой тоже взлетели и уселись с краю.

Сейчас же потолок над ними раздвинулся, и оттуда выплыли два громадных тюльпановых трона.

Да, да! И сиденье, и спинка, и ножки были сделаны из переплетённых живых тюльпанов! Каких здесь только не было: и красные, и жёлтые, и розовые! Они были так свежи и упруги, как будто их сорвали секунду назад.

— Тюльпаны — любимые цветы Солнца, — объяснила Звёздочка.

Тут зазвенели фанфары, и вдалеке, у конца залы, показались две фигуры, накрытые белыми балахонами. Они плыли, покачиваясь, как привидения, и, приближаясь, становились всё больше и больше. Наконец они стали такими огромными, что заслонили собой картины из бабочек, колонны и зеркала.

Казалось невероятным, что такие великаны поместятся на тронах. Но стебли у тюльпанов вытянулись, сиденья раздвинулись и летящие под белыми покрывалами опустились на свои места.

Тут же разразился гром! На потолке сверкнули молнии, в зале потемнело.

Один из сидящих на троне строго спросил:

— Кто сегодня дежурный?

— Я, Семьсот двенадцатый метеорит! — откликнулся невзрачный шарик, прикатившийся непонятно откуда.