Серёжик (без иллюстраций)

Но все это было не то, не то, не то…

— Не расстраивайся… — прошептала Луна то ли себе, то ли Ёжику. — Вот тебе мой подарок — лунит. Только подуй, и он согреет тебя в самую морозную ночь. А о горе мы сейчас звёзд спросим.

В очередь выстроились экранчики с воспоминаниями звёзд, которые гурьбой бросились к трону.

Дошла очередь до Марьи Петровны.

И вдруг на картинках, что рисовала её память, промелькнула та самая гора! Да, да, та самая! Хищная каменная птица, распластав крылья, как будто собиралась взлететь.

— Вот! — закричал Серёжик.

— Где она? Далеко?

Марья Петровна смутилась. Она видела эту гору, когда была совсем маленькой, и совершенно не помнила, где.

Солнце нахмурилось и сказало, что у такой горы есть защита, которая делает её невидимой. И завтра с утра пообещало сделать дождь, чтобы лично проверить, в каком уголке земли он пропадает.

Потом был ужин за длинным-предлинным столом, накрытом скатертью, сотканной из рассвета. Она переливалась нежнейшими розовыми оттенками, и румяные блики отражались в тончайшей стеклянной посуде.

Каких только угощений не приготовили дорогим гостям! Блюда друг за дружкой медленно кружились над столом, и сколько ни черпали из них ложками, вкусности не убывали.

Серёжик так объелся, что не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.

Он попробовал туман, взбитый с сахарной пудрой, молочные снежинки с изюмом, облака перистые, облака кучевые, облака серебристые, хрустящие чипсы-льдинки, йогурт из северного сияния с клубникой.

Всё это он запивал сначала росой, а потом дождём из грозовых туч, который шипел и пузырился.

После были танцы, но Серёжик уже клевал носом. Задремав, он свалился со стула, но не заметил этого. Так и спал, покачиваясь в воздухе, пока кометы не отнесли его в кровать.

Глава 25 В Небесной Канцелярии

Проснулся Серёжик в маленькой белой комнате, и сначала ему показалось, что он лежит в рукомойнике. Прямо над головой сверкали начищенные краны «Зной» и «Прохлада».

Он сел и увидел, что они привинчены к спинке деревянной кровати, наполненной тополиным пухом.

На стуле лежала шпага, котомка и новая одежда: джинсы и пушистый зелёный свитер, к которому был пристегнут Орден Героя. Тут же — постиранная и отутюженная футболка Бобрёнка.

Вдруг зазвенел звонок. На двери, что была рядом, замигала красная надпись «Душ».

Серёжик вспомнил, какой он грязный, и открыл дверь. Удивительно, но он оказался сразу на берегу реки! Очень тихой реки, возле которой не было стрекоз и лягушек.