— Маринка, помнишь, студентка твоя? Ну, как не помнишь? Ты ее шпилил. Или ты многих шпилил? Да-а-а, девочка уже не та, конечно, но, в принципе, еще ничего так, — смеялся он.
Брат был хмур, ему не нравился этот разговор. По истечении многих лет это был не самый лучший эпизод его жизни все же. А последующая информация выбила землю у него из-под в прямом смысле. Он тихо присел, слушая:
— У нее пацан от тебя, Макс. Она деньги требует. Макс! Дашь? Он сидит, Макс! Пацан твой сидит. Малолетка! За разбой и грабёж! Ну как, Макс? Готовь бабло, папаша.
У Максима пересохло во рту, руки дрожали:
— С чего ты взял, что он мой? Это еще доказать надо, — пошел он сразу в отказ. — Она же не только со мной… была. Шлюшка институтская. Может, это развод, — еле ворочая языком, он опасливо оглядываясь, слышит ли еще кто их разговор."
"— Да, я ей так же сказал, — рассмеялся Кирилл. — Не пойми ведь чей ублюдок. Ходит попрошайничает. Развелось тут зеленых сопляков-отморозков. Я так считаю: «Набыдлячил — пусть свое мотает».
Что уж заслужил мразь, то заслужил. Макс, ты не переживай, — похохатывая, решил вдруг успокоить его Кирилл. — Я ж не такое гнилье, как ты. Ты ж мне брат! Не гони. Расслабься. Никто не узнает. И матери не скажу, и твоим — ни слова. Я — могила. С кем не бывает, Макс, — он снова весело заржал.
Кирилл долго еще улыбался, растекаясь в сладостном удовлетворении от осознания страха и беспомощности старшего брата, повторяя себе под нос и ухмыляясь:
— Ох, Макс. Ну, Макс. Ну, Макс ты и придурок.
Постепенно эйфория спала, уступая место лирической задумчивости. Еще немного поразмышляв, он попросил подробности дела мальчишки.
— Такой козырь еще может пригодиться, — решил он.
На сколько понял Кирилл, пацан влип по полной. Мало того, что стал козлом отпущения всего процесса, так еще и пострадавшим от их шалости, оказался малец большого человека. Обсуждать «мировую» с ним из-за похотливого блуда брата в молодости ему совершенно не хотелось.
Кирилл уверенно решил забить на все, но мысли то и дело возвращались то в детство, то в реальность.
Макс — эгоист. Для своего счастья и удобства брат всегда шел по трупам, не задумываясь и не останавливаясь. Не важно, были ли это «трупы» какой-то влюбленной девочки, матери, младшего брата или даже сына. Раздражаясь на себя из-за своей же жалости и сочувствия к безотцовщине, он все же сделал нужный звонок.
— Я забираю твоего щенка себе, — сказал он после благодарной матери парнишки.
