— Не пойму, ты чего боишься? Она сама будет не против. Только с ее согласия, — Сергей продолжал настаивать."
"Ромку потряхивало. Ситуация не была для него банальным приключением, но и в то же время слабаком ему показаться не хотелось. Если бы это была не Майорова, то он, конечно же, попробовал бы.
— Дава-а-ай, Ромыч! Расслабимся, — Сергей искушая так и зудел над ухом. Ему уже не столько хотелось эту девочку, сколько возник азарт подбить на авантюру друга детства. — Ты что такой инертный стал? А? — он ткнул растерянного парня кулаком легонько в бок.
— Я тебя не узнаю.
— Ладно. Только без насилия, — сдавшись, предупредил Ромка.
— Естественно, — Сергей широко улыбнулся. — Не бойся, не посадят. Слово пацана, — подмигнул и махнул рукой девушке.
* * *
Утро Серёгу встретило убийственным сушняком. Голова трещала и разрывалась, словно там тяжелым булыжником придавило мозги и они вот-вот готовы были вывалиться наружу через пересохшее горло. Все вокруг как будто покачивалось. Он повернулся, с трудом разлепляя глаза и потирая их рукой.
Рядом, обретя четвертое или же уже пятое дыхание, жесткими выпадами и в самом деле тряс кровать Ромка. Одна нога вчерашней девахи висела на его плече, ритмично подёргиваясь при каждом толчке, вторую он прижал ей коленом к груди. Громкие чавкающие звуки и биение тел. Ромкино рычание и ее скулящие стоны. Одной рукой девчонка схватила за задницу парня, в экстазе подталкивая его в себя, второй теребила свой сосок. Волосы, щеки, шея, грудь — всё заляпано в уже засохших белых разводах.
Сергей хмыкнул, вспоминая, как она, строя из себя невинность и скромницу, поначалу удивленно вскинула брови и обиженно поджала губы. Пыталась лепетать, что ничего не хочет и не будет. А то можно подумать не понимала для чего с двумя мужиками пошла. Потом, когда все-таки побывала уже под обоими парнями, смирилась, и, еще больше захмелев от добавленного алкоголя, добровольно сама подставляла, раздвигала, брала, прыгала.
«Все бабы шлюшки. Все. Без исключения, — в который раз убеждаясь, подумал Серёга.
— Просто кто-то больше испорчен, кто-то нет».
Вдруг спохватившись, он взглянул на свои брендовые, стоимостью средненького джипа, часы. Не самые шикарные, но любимые. Их выбирала ему Настька, капризно морща носик, что хочет для него какие-нибудь неплохие часики, ради которых висела на шее у папочки и выпрашивала финансы.
Разглядев стрелки часов, грязно выругался, уже полчаса как надо было быть на работе.
Да уж.
