Соседка по просьбе нашла себе другой ночлег. Они ютились на односпальной кровати и без особого шума, глуша стоны в поцелуях, нежно сливались друг с другом.
Утром он отвез ее на вокзал и, наконец, спросил то, что било по нервам уже который день.
— Изменять будешь?
Дашка хмыкнула:
— Не знаю. С твоими-то отметинами? Боюсь, я не смогу объяснить ему их причину.
Этой ночью Серёга на засосы не поскупился.
— М-да, — он помолчал, о чем-то размышляя, — Ну и ладно, Заяц, все равно это не отношения у вас. Тебе еще три года учиться.
Видеться раз в полгода не вариант. Он тебе тоже изменяет по-любому, — как мог, начал успокаивать ее. Она понуро кивнула. — Потом найдешь себе другого… когда мне надоешь, — добавил под конец, приподнимая ее подбородок, — Даша, ну улыбнись уже.
Глава 5
Ее отъезд помог Сергею осознать, что и в самом деле, в желании впитать целиком и полностью в легкие, в кожу, в кровь Дашкину энергетику он просто-напросто завис на ней. Друг был все же прав — Сергей зациклился, его перестали интересовать другие девчонки.
Если даже и случалось проводить с ними время, всё проходило у него без энтузиазма, быстро и брезгливо. Без азарта и аппетита. Именно это и настораживало окружающих — его подвисшее инертное состояние могло предвещать только одно — надвигалась очередная тяжелая депрессия. Со стороны виднее. Сергей, действительно, медленно и верно взбирался на знакомый гребень волны. Три с небольшим месяца, проведенные в поимке, подавлении и приручении «зайца» загнали и его тоже в некий вакуум. И теперь, отпустив игрушку на временную свободу и оглянувшись вокруг, он, наконец, вновь услышал звуки и разглядел краски окружающего мира.
И были они отнюдь не яркими и красивыми, ласкающими слух и взгляд.
На «горнолыжку» друзья все же отправились. Смена обстановки, полное отвлечение от работы, драйв экстрима подняли, наконец, Сергея на ту крайнюю высоту и головой вниз, как ненужного бездомного кутенка, отпустили.
Два первых дня, проведенных на зимнем курорте, он был полон энергии, задора и веселья, а на третий все накрылось медным тазом.
Он задержался на детской горке, задумчиво разглядывая резвящихся малышей. Кто-то из них счастливо смеялся, кто-то скулил, кто-то ныл. Какофония высоких звуков пробила брешь в душе. Сергей еще пару раз скатившись со склона, нашел это скучным и ушел почти сразу. Послонявшись немного по окрестностям, долго сидел в баре. Чуть позже подоспели ребята, появились и девушки. Вроде все как обычно. С одной из них он даже ушел в ночь.
