Серые пустоши жизни

Да покарает меня Творец и магия Серого Убийцы, если я нарушу эту клятву.

Закончив, он поднял глаза и увидел страшную картину. Его спаситель резко наклонил голову и над ней, непонятно откуда, выросла увитая драконами рукоять меча, тускло горевшая серым цветом. С ужасом, ничего не понимая, младший сын Анха смотрел на то, как Йаарх вытаскивал Серый Меч из своей спины. Наконец Меч оказался в руках Хранителя, лезвие его горело серебристо-серыми переливами и сполохами света, стреляя искрами и маленькими молниями.

Аральф, наконец-то, понял, кому же он принес вассальную клятву… Серому Убийце! Самому страшному человеку в истории их мира. Парнишка побелел как полотно, глаза вытаращились, дыхание перехватило. Он хотел уже отказаться от клятвы и достойно умереть, но было поздно – Серый Меч плашмя рухнул на лезвие его меча, все тело пронзило каким-то леденящим разрядом, и прогрохотали слова:

– Я, Йаарх Фальберг, Хранитель Серого Меча, Серый Маг, один из людей Предела, именуемый также Серым Убийцей, принимаю твою клятву, Аральф из дома Анха, и в ответ клянусь защищать тебя и делить с тобой горе и радость.

Сказано!

С этими словами Йаарха тоже шибануло холодной волной. Он все сделал по подсказке Меча и абсолютно не понимал, на кой ляд он это все делает. Разве что пацана было жаль.

«С чего это он вдруг стал таким белым и глаза круглые?», – рассеянно подумал он при виде Аральфа.

И услышал ответ Меча:

«Так он, наконец, узнал, чей же он вассал.

Бедняга просто в неописуемом ужасе. Я же говорил, что твой предшественник оставил по себе о-оче-ень интересную память. В легендах он, наверное, изображен сущим страшилищем, первым кошмаром в мире. А теперь слушай и повторяй ему мои слова…»

– Встань, Аральф, – скомандовал Йаарх.

Трясущийся от страха юноша послушался его и он продолжил.

– Первый и самый главный мой приказ таков: никогда, никому и ни при каких обстоятельствах не рассказывай, кем я являюсь на самом деле! Если ты это сделаешь, то это будет предательством.

Сказано!

И опять холодная волна пронзила Аральфа. Даже если бы он хотел, то теперь не смог бы никому ничего рассказать о своем сюзерене.

– Да не бойся ты меня так! – поморщился Йаарх. – Я же просто человек.

– Но… Но… – губы Аральфа дрожали.

Йаарх с жалостью смотрел на парня, пережившего, наверное, самый сильный шок в своей жизни и вспоминал себя еще сегодняшнего.