Серые пустоши жизни

– Хорошо, – кивнул он головой и направился к лестнице, ведущей вниз. – Едем в губернаторский дворец.

Свита молча последовала за ним, всем своим видом показывая неприятие нового положения вещей – все они чувствовали для себя наступление неприятностей. О неподкупности, жесткости и дикой, нечеловеческой преданности делу их нового командира уже ходили слухи, порой совершенно дикие. Моряки рассказывали о требовательности Рагана Ог-Фасанга совершенно фантастические вещи, и ожиревшие от безделья офицеры городских гарнизонов уже заранее тряслись.

Никто не знал чего ждать от опального адмирала, и многие пытались перевестись пусть даже в самый отдаленный гарнизон, только бы быть подальше от такого странного командира. Да еще бы – где это было видано, чтобы высокопоставленный офицер не брал ни взяток, ни подарков?! Никогда не пользовался рабами для удовольствий?! Запрещал в гарнизонах игорные дома и тотализаторы?! Нет, это было невиданно и потому страшно. А те, кому так и не удалось перевестись, буквально изнывали от страха, боясь того, что будет, если адмирал раскопает их старые грешки и преступления. Ведь он безжалостно казнил всех, хоть в чем-то провинившихся…

Раган, удобно разместившийся в ожидавшем его экипаже, продолжал размышлять и планировать свои возможные действия. Только увидев встречавших его, он уже понял, что ему придется наводить порядок и в гарнизонах города, и на флоте. Наводить железной рукой, без жалости. Хотя среди моряков порядка всегда было побольше, но адмирал подозревал, что за прошедшие годы распустились и они.

Также он обязал самого себя сегодня же посетить Дом Смерти – обязанностями перед орденом Серебристого Ветра также пренебрегать не стоило, именно его мастера научили будущего военачальника драться и размышлять. Но усталость понемногу брала свое и уже через пару минут Раган крепко спал, не обращая внимания на удивленные взгляды людей свиты.

– Алур адмирал! – разбудил его через некоторое время голос женщины-офицера, – Простите, пожалуйста, но мы прибыли.

– Хорошо, я уже иду, – ответил он, открывая глаза и потягиваясь.

Несколько минут сна освежили его, и Раган снова был готов к бою. Выйдя из экипажа, он, не обращая ни на кого никакого внимания, понесся вверх по главной лестнице дворца. При виде всей этой роскоши Ог-Фасангу хотелось плеваться – эти ублюдки, как обычно, думали только о собственных удобствах, но никак не о благе империи, на это им было наплевать.