Серый кардинал

Разве что какие-то «секретные протоколы» типа молотовско-риббентроповских. Ведь Влад наверняка очень много контрабандой ввозил из-за кордона.

— А как, по-твоему это можно сделать?

— Знал бы прикуп, жил бы в Сочи. У меня в этой сфере исчезающе малый опыт. Я являю собой тот классический случай, когда количество не перешло в качество. Средства, коими я располагал, не позволяли мне даже общаться., как следует, с очень близкой от нас Хохляндией. Надо покупать таможенников, либо заводить знакомство среди высоких чиновников, коим тоже надо «башлять», либо.

..

Бирюков остановился вдруг, ошарашенный, пораженный какой-то догадкой, настигшей его внезапно.

— Конечно, — пробормотал он, — камень на камень, кирпич на кирпич... Женя, мы с тобой все время говорим о том, что эта операция — захват Влада, засада в квартире Рытовой с использованием ее в качестве «живца» — и задумана, и исполняется бездарно. Женя! Они даже путч в девяносто первом не смогли как следует организовать, хотя сил у них предостаточно.

Возможности у них вроде бы и большие, а в результате всегда пшик получается. Найдись человек поумнее — я Влада имею в виду — он эти возможности на сто три процента использует. Их ведь никакая таможня, даже самая нахальная, проверять-шмонать не может — стражи Родины, соображения безопасности. Одним словом — ВОЕННАЯ ТАЙНА!

Клюев восхищенно выдохнул:

— Ты гений, Николаич! Вот откуда у них «стечкины» да ПБ. Но что же тогда получается: армейская разведка интересуется сугубо гражданским типом Рогуновым? Почему бы это?

— «Штирлиц знал, что дважды два — четыре, но он не был уверен в том, что Мюллер это тоже знает».

Ты же сам до всего дотумкать можешь. Армия то сейчас сплошь и рядом коммерцией занимается. Почти каждый день пишут и говорят о том, как армейское имущество распродается.

— Отлично, Николаич! Узнать бы нам теперь конкретно, что за дела у Влада были и с кем.

— Вот-вот. Начать бы нам и закончить.

— Ай, Николаич, да ты ведь в меньшей степени пессимист, чем хочешь казаться. У кого-то из американских фантастов хорошая мысль, мне помнится, была: «Чтобы задать вопрос, надо знать часть ответа». Сколько вопросов мы теперь можем задать? Да вот, первый, Рытовой: что это за генерал, чья дача на берегу Азовского моря?

Он покружил по комнате, раздумывая о чем-то.

— Продолжим поиски, Николаич. Ответь мне на вопрос: где темнее всего?

— Правильно.