- Вот и расскажи мне ведьма, – голос мужчины стал суровым и тяжелым – как так получилось, что она ничего не знает? Почему я о ее существовании ничего не знаю?
- Она дочь моей Ярины и Олега Серого,- понуро произнесла бабушка. - Мы с мужем растили ее. Берегли. Ты не можешь мальчик винить нас в этом. Вспомни, что случилось с моей Анечкой, Катенька это ее крупиночка. Все что осталось от моей младшей девочки.
Я уже несколько лет не видела бабушку в таком подавленном состоянии. Да я знала, что у бабушки было две дочери.
Моя мама старшая и еще Анна, которая была младше ее на семь лет. Однажды обе сестры ушли в лес, а вернулась лишь Ярина. Анну так и не нашли. Разное говорили. Но что же случилось с ребенком в действительности, никто так и не узнал. Но это я все узнала со слов соседей. Все же в деревне такое не утаишь. Дома же у нас ни дед, ни бабушка об Анне никогда не говорили. Эта тема была закрыта семью печатями. И вот спустя столько лет бабушка впервые заговорила об этом.
- Значит, берегли и утаивали ее силу от дочери своей, - необычные зеленые глаза мужчины, казалось, горели огнем.
– Что же вы не потребовали, чтобы виновных в смерти Анны из рода Осеней дубравы покарали?
Бабушка встрепенулась и подскочила с табуретки. Схватила тарелку Мстислава и подлила в нее еще борща. Мужчина не сводил с нее горящего взгляда.
- Потребовать, – глаза родной мне женщины заметались по комнате, – и признаться самой себе, что одна моя дочь мертва, а вторая ее убийца. Я не смогла, и муж мой не смог. Мы предпочли поверить дочери.
Она ведь настаивала, что Анна поругалась с ней и просто убежала. Ведь моя младшая девочка ведьмочкой была. Сильной и смелой. И я убедила саму себя, что обиделась она на сестрицу старшую и вернется, как чувства схлынут. Лес ведь для нас, что дом родной. Но она не пришла ни через день, ни через два. А Ярина стала заметно сильнее. Она в мужа охотница, но слабенькой была. Совсем что человек простой. А тут столько силы в ней проснулось и ведь ведьмовской силы, чуждой ей.
А как Катюшу в наш дом принесла, так и поняли все. Она же Анечка вылитая, да и силы в ней ее плещутся. Что же мне было делать? Вот скажи мне Лютый что? Покарать Ярину за то, что сестру сгубила, и силы ее себе прибрала. Использовать Катю, как прямое доказательство мерзости матери ее родной. И как жить то потом с этим ребенку. Как Лютый? Да поняла я, все тогда поняла, – бабуля тихо плакала. – Ярине восемнадцать годков стукнуло, когда она в город уехала учиться.
