Серый

* * *Тонкая серебристая, видимая даже в реальности струйка перетекла из тела, находящегося внутри работающего комплекса, в камень, лежащий у меня на руке.

– Что это? – удивленно спросила Талия.

– Мой тебе подарок, – ответил ей я.

И подойдя к девушке, сказал:

– На, возьми его, – и я протянул ей камешек. А потом показал на ее красивую грудь. – Прижми его к груди в районе сердца и держи так, пока я не завершу начатое, а то все окажется зря.

А затем обратился к Растеру:

– Ну, тут мы закончили, дальше только наше дело, не думаю, что Талия захочет, чтобы кто-то, кроме меня, тут еще присутствовал в это время.

Да и меня бы она, наверное, выпроводила, но без моей скромной персоны в этом деле не обойтись.

Тот кивнул, понимая, о чем я говорю.

– Ритуал принятия везде одинаков, – сказал рениец и направился к двери.

Девушка удивленно переводила свой взгляд с одного на другого, но пока ничего не спрашивала.

– Да, и позови сюда парня, я проинструктирую его.

Рениец кивнул и вышел в коридор.

А буквально через несколько секунд послышались быстрые и громкие шаги.

Кто-то явно бежал в нашу сторону.

– Ничего не вышло? – сразу с порога спросил брат Регаи."

"– Кто тебе сказал? – в свою очередь удивился я и посмотрел в его встревоженное и озабоченное лицо.

– Но все завершилось так быстро, – ответил он.

– Не завершилось, – отрицательно покачал головой я, – а только началось. – После чего кивнул в сторону саркофага, которым сейчас фактически и служил медицинский комплекс.

И комментируя свои действия, я произнес:

– Сейчас я задам ему ускоренный цикл реабилитационных мероприятий, и он уже через несколько часов придет в себя.

Будет очень слаб, но по всем показаниям комплекса полностью здоров. Но в этом случае верить приборам нельзя. Вот.

И я, порывшись в кармане, нашёл еще один камешек. Приложив его к медицинскому боксу, сказал:

– Это артефакт излечения, он восстановит не только его физическое здоровье, но, что еще более важно, частично восстановит его ментальное тело. И на это потребуется очень, очень много времени.

Однако уже через неделю он сможет самостоятельно ходить, примерно через месяц даже забудет о том, что с ним произошло что-то неприятное. Но это лишь видимость. Его ментальное поле повреждено необратимо, и поэтому этот камень он должен будет постоянно носить с собой. Иначе он опять начнет усыхать, и медики вновь не смогут помочь ему. Но что самое плохое, рецидив неприемлем по другой причине. В этом случае повторно помочь не сможем уже и мы.