- Ты пила, Моника? – заботливо спрашиваю я, заглядывая ей в глаза.
- Почему ты избегаешь меня?
У нас друг к другу одни вопросы и пока ни на один из них не было ответа.
Я помогаю ей сесть рядом. Она облокачивается на барную стойку.
- Ник… - произносит она и смотрит на меня. Сука, она так смотрит. Рушит мою защиту. Ломает меня.
- Моника, - я пальцами убираю волосы ей за ушко. Я прикасаюсь к ней. И это, такое невинное прикосновение, заставляет меня забыть обо всех неприятностях. Мне становится так легко.
И так хорошо. – Тебе надо домой. Вызвать тебе такси?
Я искренне переживаю за ее состояние и за возможные последствия. Она еще совсем девчонка и почему-то напилась сегодня. Но ее моя забота, похоже, обижает.
- Сама разберусь, - кидает она, резко встает, чуть не падает и облокачивается на меня, руками хватаясь за мои ноги. От этого ее прикосновения член, который и так уже ожил еще в начале нашей беседы, быстро каменеет. К счастью, Моника этого не замечает.
- Прости, - произносит она и уходит.
Теперь уже я не могу упустить ее из вида. Я переживаю за нее. Она и в трезвом-то виде умудряется найти приключения на свою прекрасную задницу, а уж в таком состоянии, как сейчас…
Моника садится за стол, складывает на столе руки и опускает голову. Надеюсь, она там не заснет. К ней подсаживается Самсонов. Этот тут как тут. Я начинаю нервничать. Жаль, я не слышу их разговор. Вдруг Моника улыбается ему и я уже начинаю не только нервничать, но и ненавидеть. Блять, ни одна женщина не вызывала во мне столько эмоций.
Самсонов встает и уходит от нее. От сердца отлегло. Похоже, она опять его отшила. Хорошая какая девочка.
Моника опять сидит одна. Я решаю, что надо вызвать-таки ей такси и отправить ее домой. Беру телефон, но в этот момент ко мне походит довольный Самсонов.
- Ну, что, Никит, давай прощаться, - говорит он, - поехал я.
Я жму ему руку.
- Сейчас нашего младшего юриста только заберу, - смеясь, говорит он. Услышав это, я не отпускаю его руку.
- Я ее отвезу, - твердо произношу я.
Самсонов удивленно смотрит на меня. Потом хитро прищуривается и грозит мне пальцем свободной руки.
- Ох, Никита, а я думал, ты – примерный семьянин, - и добавляет уже серьезно, - извини, Никит, дружба – дружбой, а девочки – врозь. У меня сегодня, может, реальный шанс уломать ее. И не проси.
- Дим, - говорю я, все еще держа его за руку, - она – сестра моей жены.
- Правда, блять? А чего ты сразу не сказал? Я ведь трахнул бы ее.
