Ангела скромно стояла у локтя графа, потупившись и вроде как стесняясь. Ну-ну...
Кларимонда старательно пряталась за спиной новой хозяйки. Граф же, быстро утратив достаточно большую долю самоуверенности и излишней болтливости, подошел к матери, встал на одно колено и, поймав ее руки в свои, поцеловал их по очереди.
Черты лица графини смягчились, и узкие губы тронула мягкая улыбка: видно было, что сына она любит. Ласково поглаживая его по голове, она нежно сказала:
-- Представь меня своей жене, мальчик мой.
И не забудь про своих гостей!
На несколько минут воцарилась суматоха. Граф по очереди представлял нас матери, лакеи торопились принять верхнюю одежду. И только когда гомон слегка стих, графиня кивнула невестке и сказала:
-- Ну что ж, юная графиня Паткуль, пойдемте, я лично представлю вам ваших слуг.
Она вела молчаливую Ангелу и следующую за ней госпожу Люге строго по центру, между двумя шеренгами прислуги и, поворачивая поочередно голову направо и налево, объясняла:
-- Это наш главный сенешаль, господин Будо… Это старший повар Тобиас…
Не знаю, что там успела запомнить Ангела, но я точно была счастлива, когда лакеи взялись нас провожать по комнатам.
Нам отвели покои на третьем этаже и приставили пожилую, но весьма бодрую горничную.
-- Ханной меня зовут, госпожа баронесса. Ежели помыться желаете, так мыльню с после обеда уже топят, и вы только прикажите… А еще не велите ли ваши вещи разобрать?
Помня о том, что мы будем гостить не один день, я велела кучеру занести в дом один из сундуков с одеждой.
Наверняка к столу потребуется и платье понаряднее, и, может быть, даже украшения.
Мыльни в графском доме представляли собой несколько комнат, расположенных анфиладой и очень жарко натопленных. Влажные скользкие полы были выложены каменными плитами. Несколько вделанных в стену котлов содержали горячую и даже кипящую воду. Вдоль стены, разделяющей помещение, стояли бочонки с холодной водой. В каждой из таких комнат имелось еще и по широкой каменной лежанке.
К мыльне была приставлена служанка, этакая гром-бабища, ростом не меньше самого графа и с такими же широкими плечами.
-- …это, госпожа баронесса, они в столицах своих дурью маются, а ежли помыться хорошо желаете, скидывайте белье, а уж я вам угодить сумею. И дурного даже не думайте: сама графиня каждую седмицу обязательно ко мне приходит.
Из одежды на банщице было только что-то вроде холщового фартука с большими широкими карманами.
