Понятно?
Линси как-то испуганно посмотрела на графиню и молча закивала, так ничего и не сказав. К счастью, наша кровать была последней, и графиня удалилась даже раньше, чем мы с Ангелой сообразили поблагодарить ее. Зато на нас по полной оторвалась Кларимонда, высказывая, какие мы неблагодарные и невежественные:
– Графиня пожертвовала вам туалеты покойной дочери! А вы даже не удосужились…
Новую одежду мы получили к вечеру. Выглядели они несколько необычно. Если у остальных девушек платья шнуровались на спине и были целиком из одной ткани, то наши представляли собой два белых приталенных балахона с широкими юбками, поверх которых надевался длинный шелковый халат с несмыкающимися полами.
Шнуровка шла спереди, и сквозь неё было прекрасно видно роскошный белый шелк нижнего платья. Ангела моментально вцепилась в ярко-алый туалет со словами:
-- Это мне!
Вспомнив историю с шубами, когда она утверждала, что красный ей не идет, я уточнила:
-- Чем этот красный цвет лучше? Почему это красная шуба тебе не шла?"
"-- Скажешь тоже! На красной вся вышивка растрепана! А в этом платье меня каждый заметит.
На мой вкус, красное было излишне ярким, и потому я с легкостью согласилась на требование Ангелы, про себя отметив, что сестра так и не изменилась: «Подлянки от нее можно ждать в любом момент!”, – напомнила я сама себе.
Последний день перед балом мы провели, примеряя одежду и приводя себя в порядок. Для желающих была нагрета вода, но кроме нас с Ангелой мыться никто больше не захотел. Барышни без конца спорили из-за зеркал и спрашивали друг друга, какое украшения больше подойдет к бальному платью.
В общем-то, по меркам нашего мира все мы были достаточно бедны, и украшения у всех девочек были совсем простенькие. А может быть, просто ювелирное дело здесь еще не так хорошо развилось. Пожалуй, у нас с сестрой были самые роскошные украшения. У меня красивый золотой кулон, у нее серьги от этого кулона. Думаю, это украшения покойной матери сестер Ингерд.
К нам в комнату даже принесли несколько тяжелых стульев из трапезной, чтобы мы могли аккуратно развесить на них одежду.
Поэтому ходить по комнате было страшно неудобно: приходилось огибать стулья.
Девочки пробовали делать друг другу различные прически, без конца дергая двух горничных, которых приставила к нам та самая Ланси, старшая служанка графини. Я с удивлением увидела, что в этом мире уже существует плойка. Конечно, у нее не было такой удобной пружинной ручки, как у нас, да и греть ее приходилось на печке.
