Сестрица перестала притворяться смущенной и ответила:
– Я буду навещать тебя в твоем монастыре так часто, как смогу. Правда, Иоганн?! Ты же позволишь мне?
Глава 24
От слов Ангелы мне будто кипятком плеснули в лицо. В общем-то, я была совсем не против, чтобы она забрала у меня этого графа, раз уж ей так хочется. Как возможный жених, он не вызывал у меня никакой симпатии и интереса. Если бы она поговорила со мной, я легко согласилась бы помочь ей.
А сейчас я пыталась понять, чем именно я заслужила такую ненависть.
Ведь она не просто “украла” графа, но еще и постаралась этими словами унизить меня, сделать максимально больно. А самое обидное, что даже не дала мне времени подстраховаться. Только сейчас до меня дошло, что сегодня третий день бала, на который мы все не едем. У меня нет ни единого шанса избежать монастыря: назад меня мачеха не примет."
"К счастью, перестав скрывать свою сущность, Ангела говорила достаточно громко для того, чтобы ее услышала не только я. Все такая же прямая и высокомерная графиня Роттерхан подошла в Ангеле и отвесила ей такую пощечину, что сестра пошатнулась.
На белой коже остался четкий отпечаток ладони, который наливался краснотой прямо на глазах. Ангела задохнулась:
-- Вы… Вы… Да как вы смеете! Я завтра буду такой же графиней, как и вы! Вы не смеете ко мне пальцем прикоснуться!
Вторая пощечина прилетела ей так же молниеносно. Ангела отскочила от хозяйки дома и спряталась за стол.
-- Иоганн! – почти завизжала она оттуда. -- Ты что?! Ты не видишь, что она делает?! – из глаз ее брызнули слезы.
Думаю, ей было очень больно.
От крика моей сестры граф, казалось, слегка очнулся и, внимательно посмотрев на разгневанную госпожу Роттерхан, решительно ответил:
-- Ангел мой, ты должна быть почтительна с графиней! Это давняя подруга моей матери, госпожа Роттерхан значительно старше тебя и ты не смеешь ей дерзить.
Признаться, от этих слов ошалела не только Ангела, но и я: «Спасибо тебе, Господи, если ты там существуешь, что уберег от такого брака… Кошмар какой-то, а не мужик…».
Графиня же, между тем, глубоко вздохнув, посмотрела на понурого Иоганна и заявила:
-- Вы опорочили честное имя баронетты Ольги Ингерд, граф. Да еще и сделали это в моем доме! Иоганн, я требую виру для девушки!
Затем она повернулась ко мне и сказала:
-- Не беспокойся, дитя, я позабочусь о твоем приданом и постараюсь найти тебе достойного мужа. И думаю, в монастырь тебе торопиться не следует.
