Пришли! Все пришли! Даже Шуга переминался с ноги на ногу за спинами парней, и внезапно я поймала его взгляд – такой страдальческий, такой пронзительно-болезненный, словно я уже на смертном одре лежала. И я улыбнулась еще раз – теперь уже только ему, и прикрыла веки, словно кивнула, словно дала понять, что увидела это его беспокойство и благодарна за это. И он в ответ улыбнулся своей ангельской улыбкой, так что я засмотрелась, а предательское сердце снова пустилось вскачь.
Но тут в палату вошла медсестра в форменном розовом платье и белом чепчике на голове, с папкой в руке.
Увидев наше сборище, нахмурилась и строго произнесла:
- Молодые люди, попрошу вас уйти – больной нужен покой!
Намджун повернулся к ней:
- Скажите, а когда выпишут нашего менеджера?
- Об этом вы можете поговорить с доктором Шином. Прошу, прошу, господа, освободите палату. Больной пора делать процедуры.
Ребята еще раз пожелали мне выздоровления, помахали руками и дружной толпой вышли из палаты. А медсестра занялась мной – проверила показания приборов, измерила температуру, поправила капельницу.
И все это молча, но с мягкой, доброжелательной улыбкой. А потом сказала:
- Этот мальчик, что привез вас сюда… Такой сильный… Сам до палаты тащил вас на руках, а потом сидел рядом, никуда не уходил, смотрел, как я ставлю вам капельницу и подключаю приборы. А у самого глазенки испуганные… И всё спрашивал меня: «Ведь с ней всё будет хорошо?» Вы с ними работаете?
- Да, - ответила я коротко и прикрыла глаза.
Во всем теле была неприятная слабость.
Медсестра вскоре ушла, а я погрузилась в какой-то чуткий полусон-полуявь, но услышала, как почти неслышно открылась дверь, и кто-то вошел. Остановился возле кровати. Я открыла глаза и увидела Юнги. Он взял стоящий у стены стул и придвинул его к кровати, потом сел сам и шумно вздохнул. Несколько минут мы молча смотрели друг на друга, а потом он взял мою руку, безвольно лежащую поверх одеяла, и осторожно сжал в своих теплых руках.
- Сегодня я так сильно испугался… Зачем ты это делаешь?
- Что… делаю?.
.
- Ты должна была хорошо кушать и много спать, чтобы не упасть вот так в обморок посреди коридора."
"- Прости, - опять повторила я. – Я, правда, не хотела этого. Но так много работы! Времени почти не осталось, а нужно еще столько сделать… Мне некогда здесь разлёживаться! - И я попыталась подняться, но он стремительно положил руки на мои плечи и надавил, заставляя вновь опуститься на подушку.
