Завтра трудный день»
«Спокойной ночи, менеджер!»
«И тебе сладких снов! Увидимся завтра на работе»
Я отложила телефон. Бедняга! Винит себя за выкрутасы Сахарочка. Настоящий лидер! Заботливый и ответственный!
Ох, ладно! Пора спать! А то завтра буду выглядеть вареной рыбиной, с такими же пустыми белыми глазами. Я тихо засмеялась и, выключив свет, пошла в кровать. Да, и надо же все-таки как-то купить плотные шторы на окно. Я привыкла спать в темноте, а здесь в окно падает свет фонарей с улицы. Правда, сейчас мне это вообще не мешает – отрубаюсь, еще не донеся голову до подушки!
Глава 13
13***
Рабочие дни неслись бешеным галопом.
Дел было столько, что я нередко забывала поесть. Но чаще всего на это просто не хватало времени. И вечером без сил, без рук-без ног плелась домой, обреченно преодолевала злополучную лестницу и плюхалась на кровать, успев только принять душ и закинуть в себя какую-нибудь еду.
Ребята готовились к камбэку, много репетировали, записывали песни и сочиняли новые, оттачивали хореографию.
А еще участвовали в различных шоу, рекламировали какие-то продукты, витамины, напитки, автомобили, телефоны, одежду. А еще проводили прямые трансляции на V Live, общались с фанатами, участвовали в благотворительных мероприятиях. Я поражалась, как у них хватает сил нести всю эту громаду самой разнообразной работы на своих плечах.
А они, кажется, за многие годы привыкли так жить и иной жизни себе уже не представляли – дети, выросшие вдали от родителей, с детства привыкшие к изнурительным тренировкам, к жесточайшей дисциплине, связанные по рукам и ногам жесткими пунктами контракта.
Постепенно парни привыкли ко мне и даже начали обращаться на «ты». Понемногу мы сближались. Они уже не присматривались ко мне настороженно, а, похоже, приняли в свой «ближний круг».
Мы часто хохотали с Джином и Чимином над шуточками старшенького, а с Намджуном и Тэхёном обсуждали книги и картины. J-Hope ясным солнышком светил всем нам, поднимая настроение.
Он всегда был таким ярким, звонким, подвижным, как капля ртути. И мое сердце переполнялось нежностью и заполнялось светом при взгляде на него. Чонгук был всеобщим любимцем, наш Золотой Макнэ. Он был хорош во всем, за что бы ни брался. Все горело у него в руках, и сам он горел – ярким, чистым, ровным пламенем – и освещал всё вокруг, вызывая чувство искреннего восторга и восхищения.
В один из таких дней работу я закончила, по обыкновению, уже затемно.
