Север

Только, конечно же, Лютый даже не дрогнул, остановившись, как вкопанный, когда я со счастливым визгом повисла на нем, с удивлением понимая, что он даже пригнулся, давая мне обхватить его накаченную шею, согнувшись почти вдвое и недовольно пробормотав:

- ...не люблю обниматься....

- Потерпишь! - радостно заявила я ему, ощущая как колотиться мое сердце.

Вернулся! Вернулся! Справился с собой и нас не бросил!

- Мия...- я не отлипла от него, даже когда Лютый деликатно кашлянул, давая понять, что предел его обниманий уже зашкалил за отметку «хорош на мне болтаться», - Мия, у меня уже спина затекла.

Понимая, что Лютый и без того позволил мне гораздо больше, на что я могла бы рассчитывать, зная его характер и особенно отношение ко мне, я все-таки расцепила руки, едва не заплакав, пока умиляясь наблюдала, как широко улыбающийся Север, обнимает своего несговорчивого холодного брата, и воины просто молчат, прижавшись лбами друг к другу.

- Что там старик? - осторожно протянул Лютый, изображая в своем голосе полную скуку от происходящего, когда Беры отлипли друг от друга, зашагав медленно вперед по направлению к ледяному дому, и Север взял меня за руку, увлекая за собой.

- Живее всех живых.

-...кто бы сомневался....

Когда Лютый вдруг остановился чуть прищурившись, я увидела Свирепого, что стоял у льдины, глядя на своего брата, но явно не решаясь подойти ближе, словно переживая, что он снова исчезнет во льдах и больше уже не вернется.

- Может, все-таки поговорите? - осторожно обратился Север к Лютому, чуть подмигнув Свирепому,- Думаю, вам есть, что сказать друг другу...идем, Мия.

- Подожди...

Когда Лютый обернулся ко мне, я уставилась на него в полном удивлении, честно говоря, не ожидая ничего хорошего, когда Бер, на секунду словно смутившись, протянул мне свою большую руку, в которой висели четыре здоровенные рыбины по пол метра в длину.

- Возьми. Это та рыба, что ты ела в пещере.

"Не знаю, почему слезы выступили на глазах и губы вдруг задрожали оттого, что буря эмоций поднялась внутри, сметая мысли в морозную пыль. Впервые я увидела в Лютом то, что он прятал внутри себя так тщательно и усердно, словно ежик, обрастая своими колкими ледяными иголками. Ежик, у которого было нежное розовое пузико, которое не хотело снова почувствовать боль....

Ну ладно...