Северная Корона. Против ветра

Второй молодой мужчина тоже произнес крепкое бранное слово, глядя на глупую девицу. Макс сказал привести ее живой.

– Дышит, – склонился он над Настей.

Его брат утер с щеки кровь. Он не ожидал, что девчонка чиркнет его ключами по лицу. Если придет в себя – пожалеет, что сделала это.

– Че, потащим ее с собой или на хату заглянем? – мрачно спросил он, растирая свою кровь между пальцами.

Ответить Баталов не успел. Он поднял указательный палец свободной руки кверху, словно прося тишины, и кивнул вниз.

В это время снизу как раз и появился Никита с пистолетом в руке. Он, можно сказать, произвел фурор. Такой, какой могла произвести звезда Голливуда, появившаяся в заштатном маленьком фан-клубе имени себя. На самом деле Ник не хотел поднимать шума – хотел неслышно подойти сзади, но, к сожалению, братья Баталовы тоже были бывалыми ребятами, и этого сделать не получилось. Наверное, если бы не экстренная ситуация, из-за которой умом Ника овладели эмоции, он придумал бы что-нибудь куда более действенное, но в эти минуты это было лучшее, что пришло Кларскому в голову.

– Опа, ты ли это, малыш? – радостно поприветствовал парня один из Баталовых, аккуратно, почти с любовью, беря Ника на прицел. Второй бандит, мигом сориентировавшись, направил свое огнестрельное оружие на лежащую без сознания Настю. Кровь вокруг ее головы красиво оттеняла рыжие спутавшиеся волосы.

– Сам нас нашел. Ай да молодца, ай да сукин ты сын, – оскалился второй Баталов.

Оба брата глядели на Ника так восторженно, словно он был Сантой, притащившим им подарки. На их широких лицах расплылись одинаковые улыбки жестоких детей. Лицо же Кларского нельзя было назвать добродушным – увидев лежащую на боку в лужице крови Настю со следами ударов на лице и сломанной рукой, оно исказилось яростью. Он с силой стиснул челюсти. На скулах заходили желваки. В мышцах по всему телу разлилось напряжение, так, как будто бы Ник находился в тренажерном зале.

Сам он никогда не бил женщин.

Ник крепче сжал свой «макар». Ледяную стрелу рывком выдрали из его горла. Он не мог оторвать глаз от обездвиженной Насти.

– Жива еще, – проследил за его взглядом Баталов, направивший оружие на Настю, и радостно ухмыльнулся. – Никки, братан, а мы тебя все ищем.

– Ты стал большим мальчиком, – ухмыльнулся тот, кто держал Кларского на мушке. Против Никки он ничего не имел. Но приказ есть приказ.