Северная Корона. Против ветра

На празднике она смогла забыться и веселилась, но сейчас ее вновь одолели мысли, что зря она согласилась выйти за Сашу. Она не любит его – это точно. Она лишь пыталась найти в нем ту свою первую яркую любовь, мечтая забыть о Нике, и не нашла. Слишком уж он изменился. И она не осталась прежней. Но она согласилась стать его женой и теперь всю жизнь будет жалеть.

Ника, расплатившись, вылезла из автомобиля, и поплелась, громко цокая тоненькими каблуками, к подъезду, держа наготове ключи. На голове у нее до сих пор болталась белая фата, которая контрастировала с красным коротким платьем.

Карлова приблизилась к подъезду в тот момент, когда от кустов, росших под окнами, отделилась тень и шагнула к ней, перекрывая путь к подъездной двери. Ника в недоумении остановилась, глядя на высокого темноволосого парня-неформала, пристального смотрящего ей прямо в лицо. Было в нем что-то знакомое, что-то родное и близкое, отчего у девушки защемило сердце, но она тут же списала это на алкоголь.

– Можно, я пройду? – сказала Ника незнакомцу, чувствуя, что дело неладно. А тот только покачал головой.

– В смысле? – сглотнула Карлова, лихорадочно соображая, что ей теперь делать. Не нужно было возвращаться домой одной!

Молодой человек поманил ее к себе пальцем, склонив голову набок, как будто бы рассматривая Нику. Она почувствовала себя крайне неуютно.

Девушка оглянулась в надежде, что такси еще не уехало, но, естественно, автомобиля уже и след простыл.

– Вы чего? – перепугалась еще больше Ника.

– Ты меня ждала? – хрипловато спросил знакомый голос, раздавшийся у самого ее уха. Девушка тут же отскочила назад, но ее поймали, схватили за руки и прижали к себе. Сердце Карловой бешено застучало, так и норовя остановиться.

– Пусти меня! – заорала Ника, но парень ловко закрыл ей рот ладонью, не больно, но обидно.

– Молчи, – зашипел ее обидчик, зная, что напугал ее, и даже как-то наслаждаясь этим, поскольку он предвкушал, каковы будут эмоции девушки, когда она увидит его лицо, – перебудишь всех. Идиотка.

Порыв ветра взлохматил ей волосы.

И тут Ника узнала того, кто перепугал ее до полусмерти.

Ему нравилось называть ее идиоткой. А ей нравилось дразнить его в ответ.

Это он. Ее Ник. Только ее.