Северная Корона. Против ветра

Никита и Саша, удивленные сверх меры, увидели того, кого меньше всех ожидал тут увидеть – Женю, школьного лучшего друга Дионова. Перед собой, словно щит, он тащил перепуганную Нику, к горлу которой был приставлен нож.

Марта, у которой перед глазами все расплывалось от шока и боли, прижалась к Саше. А тот уставился на бывшего друга, как на привидение. Она же глядела на Нику и не могла понять, то ли это ее сестра, то ли она уже сходит с ума.

– Ты? – прошипел Дионов, не веря, что видит бывшего лучшего друга.

– Я. Да, я. Привет. Как дела? Я, правда, не рад тебя видеть, – отозвался Евгений. Он походил на сломанную куклу: миловидный, моложе своих лет, но пугающий, с немигающим взглядом воспаленных карих глаз, верхние и нижние веки которых были окаймлены не только длинными ресницами, но и тонкой полоской красноты. Он был неестественно бледным, даже с каким-то синеватым, едва заметным оттенком, который усиливался под глазами и собирался в носогубных складках, в последнее время резко выделявшихся на его лице, и только губы его оставались такими же яркими, как и всегда.

Двигался Евгений плавно, а вот говорил нервно, то быстро и отрывисто, то медленно.

Ника, к горлу которой он приставлял нож, тоже была бледна – но ее бледность была естественна и оттенок имела фарфоровый – почти такой же, как у той самой красавицы-куклы, которая жила в ее душе. Только вот сама девушка на куклу, тем более сломанную, не походила.

У Никиты от гнева потемнели глаза, а в груди что-то окаменело, и он мигом направил пистолет на Женю.

– Отпусти ее, – приказал Кларский Евгению. Тот отрицательно качнул головой.

– Не двигаться, не смей двигаться, – прошептал Женя, и острие ножа коснулась кожи Ники. Она беспомощно смотрела на Никиту. Губы ее дрожали, она чувствовала это, вновь и вновь безуспешно сжимая их и чувствуя легкий привкус крови – от напряжения девушка прокусила губу.

«Господи, неужели это все?», – думала она отстраненно. И сейчас, ощущая на себе руки чужого мужчины, вспомнила их с Ником вчерашнюю ночь. Последнюю, наверное.

Если Марта, находящаяся тут же, с Сашей, который стоял правее и чуть позади Никиты, долго не понимала, во сне ли она, или все происходит наяву, то ее кузина сразу догадалась, что ее настигла страшная реальность.