Северная Корона. Против ветра

Пока она шла до гримерки, держа в руках огромный букет лилий – это был единственный букет, который Марта забрала с собой, – в сопровождении менеджера и еще пары человек, решила позвонить по мобильному телефону сестре. Ника сейчас находилась в родильном доме, и несколько часов назад стала мамой. У нее должен был родиться мальчик – пол ребенка давным-давно определили на радость будущей мамы.

Марта не знала подробностей – в тот момент, когда ребенок появился на свет, она собиралась выйти в зал, нервничая перед выступлением в таком грандиозном месте, как берлинский Концертхаус, и лишь после выступления, перед интервью, краем глаза увидела сообщение от мамы, что Ника уже родила.

Марта даже на какое-то время забыла о том, что журналист вдруг разузнал о том, что ее пальцы были сломаны. Все ее мысли были о сестре.

Кузина ответила не сразу, но все же ответила. Голос ее был тих и слаб, однако было в нем нечто такое, от чего на сердце у скрипачки стало светлее.

– Можешь говорить? Ну как ты? – тут же спросила Марта взволнованно, чуть не забыв и сначала произнеся это на английском и только потом перейдя на родной язык.

– Хорошо… В смысле, плохо, но не так плохо, как раньше, – с ужасом вспомнила роды Ника. Если честно, она очень боялась рожать и боялась беременности, но все прошло достаточно спокойно.

– А ты боялась, – с облегчением выдохнула Марта.

– Ага… Девочка, – едва слышно прошептала вдруг Ника в трубку.

– Что? – не поняла ее сестра. Ника шумно вздохнула и повторила:

– Девочка.

Под «они» она, вероятно, имела в виду врачей.

– У тебя родилась девочка? – переспросила Марта с широкой улыбкой. Надо же, у нее есть племянница. Как же время быстро летит!

– Да. Он назвал ее Настенькой, – трагическим шепотом поведала Ника кузине. Она очень хотела сына. И даже имя ему придумала – Мефодий. Они с Кларским, как только узнали о ее беременности, сразу же договорились, что если будет мальчик, ребенку дает имя Ника, а если девочка – Ник.

– Настенька? Анастасия? Красивое имя!

– Я хочу Мефодия! А не Настеньку! Я назову ее Мефодия.

– Тебе Никита не позволит, – хмыкнула Марта, шагая по коридору мимо знакомых музыкантов и легким кивком головы здороваясь с ними. – Нет, правда, ты в порядке? А ребенок как? Тоже в порядке?

– В порядке… Спит. Рядом со мной. Ма-а-арт… Она такая милая, – прошептала вдруг тихо-тихо Ника.