Северная Корона. Против ветра

Стас с некоторым недоумением посмотрел на подругу, но ничего не сказал, а полез в большую палатку цвета хаки, в которой должны были ночевать парни. Вторая палатка, меньшая по размеру, была предназначена для девушек. Правда, Лена и Леша ушли спать в машину, потому что его супруга закапризничала – ей показалось, что земля очень холодная.

Юля и Марта оказались в трехместной палатке одни. Карлова никогда в жизни не ночевала вместе с сестрой и чувствовала себя неловко, оттого и несколько злобно. Крестова, впечатленная Феликсом и разговорами с ним, тоже молчала, и это Марту почему-то напрягало.

Ей хотелось, чтобы сестра сказала что-нибудь, потому что разговор начать первой скрипачка заставить себя не могла. Перед тем как застегнуть замок спальника, девушка несколько раз украдкой посмотрела на сестру, хотела даже что-то произнести, но не смогла.

– Спокойной ночи, – только и сказала Юля, закрывая глаза.

– Угу, – буркнула Марта, уткнувшись в мобильник и читая извиняющееся – уже которое по счету! – сообщение от ее Феликса, того самого, которого она ждала.

 – Спокойной.

Обе сестры долго не могли уснуть, слушая неспокойных далеких птиц, и только через час почти одновременно провалились в объятия Морфея. Правда, минут через сорок проснулись от вопля. Кто-то блаженно орал и делал это так, словно увидел отряд привидений из личной гвардии Повелителя Подземелий.

– Что такое? – испуганно прошептала Марта, таращась на зажегшую фонарь сонно щурившуюся Юлю.

– Сейчас узнаем, – быстро вылезла она из спальника.

Марта тотчас последовала ее примеру.

– Подожди, не ходи одна, я с тобой, – сказала она Юле, сжав в руке мобильный телефон, с которым и уснула.

Около палатки уже стоял Стас, плечи которого напряглись – в руке он сжимал увесистую палку, готовый, если что, защитить тех, с кем он приехал в это тихое красивое место.

Крис, который уснул буквально за пару секунд, проснулся через часа полтора от нестерпимого желания посетить туалет, вернее, кустик – пиво все же дало о себе знать.

Парень, нашарив очки, натянул их на переносицу, осторожно встал и, запнувшись о Стаса, который во сне пробормотал что-то недоброе, потащился наружу. Справив свою нужду, молодой человек, зевая, как бегемот, поплелся, освещая свой путь айфоном, назад, к палаткам. Пахло соснами, вокруг царило ночное умиротворение, и вообще было дико круто. Природа – и на десятки километров вокруг ни одной живой души! И звезды такие яркие, и луна. И звуки ночного леса завораживают.