Дионов, подперев сцепленные в замок пальцы подбородком, с легкой полуулыбкой смотрел на остолбеневшую Нику, которая никак не ожидала такого развития событий.
– Вам сюда, – произнес официант и сделал приглашающий жест рукой. Он сказал что-то еще, но Ника, не дослушав, быстрым шагом приблизилась к Александру. Ее голубые глаза гневно блестели.
– Где моя сестра? – спросила она сердито и очень громко. – Где она?"
"– Вероятно, дома. Я попросил ее немного солгать тебе, чтобы мы с тобой смогли увидеться, – правдиво ответил Саша, с удовольствием разглядывая Нику, одетую в офисное платье-футляр до колен глубокого темно-сапфирового цвета, которое выгодно подчеркивало ее фигуру, и в черный укороченный жакет; в комплекте с черными закрытыми туфлями на устойчивом, но длинном каблуке он придавал девушке деловую элегантность.
Рассыпанные по плечам прямые волосы, легкая персиковая помада на губах, чувственный аромат духов, круглая подвеска в яремной впадинке… Ника была женственна, и даже нервные движения были сейчас ее своеобразным украшением.
Александру, который бессознательно неустанно сравнивал нынешнюю Нику с Никой старой, из прошлого, не мог не заметить, что она стала эффектнее, хотя голубые глаза девушки все так же были с проказливым огоньком в зрачках.
– Я ее убью! Вот засранка, так подставила!
– Не ругай девочку, она не могла не согласиться с моими доводами, – продолжал Саша. – Ты ведь знаешь, что я могу быть упрямым.
– Ну, ты и козел, – прошипела раздосадованная Ника, которая от такого сюрприза даже немного ослабла.
Чуть позже она, немного придя в себя, поняла, что Марта – девочка юная и в общении с мужчинами, особенно с такими вот наглецами, неопытная, и ее можно даже простить. Однако сейчас кузине хотелось надавать по шее. – Тебе чего неймется-то?
Он уперла руки в бока и выразительно смотрела на сидящего парня – так, как будто бы подозревала его в паре-другой тяжких грехов.
– Я хочу пообщаться с тобой, но ты меня всячески игнорируешь, поэтому пришлось пойти на маленькие хитрости.
Сядь. Поговорим.
– А тебе больше ничего не сделать? Над головой не пролететь? – предложила она сквозь зубы, обалдев от такого нахальства. Правда, где-то глубоко в душе у нее даже всплыло чувство уважения к этому черноволосому типу, который, как ни крути, смотрелся обалденно: яркая рубашка вишнево-карминового цвет с отложным воротником, заправленная в темно-серые простые джинсы, сверху – темно-серый, в тон джинсам, блейзер.
