Девушка спешно покачала головой, говоря, что она никуда с ним не пойдет, но Сашу это не устроило, и он вновь поманил Карлову к себе. Она отошла на два шага назад и с подозрением уставилась на парня. Тот не растерялся, схватил ее за руку – точно так же, за запястье, как минуту назад это сделал парень с обаятельной улыбкой и ямочками на щеках, – и потянул за собой, бросив:
– Пошли, поговорить надо.
– О чем? – не поняла ошарашенная Марта, упираясь как баран.
– Поговорим и узнаешь, – было ей маловразумительным ответом.
– Иди-иди, – крикнула ей в спину Надя, – не расстраивай своего парня!
Марта одарила подружку-предательницу злобным взглядом и пошла следом за черноволосым молодым человеком, который никак не хотел отпускать ее руку. И скрипачка, ощущая на своей тонкой светлой коже, под которой виднелись тонкие светло-синие вены, испугалась вдруг ударивших ее, словно мороз по вишнево-яблочному саду, чувств. Ей было трудно описать их и, конечно же, куда труднее понять, поэтому девушка могла бы сейчас сказать о происходящем только следующее: она находится от наглости Саши в легком ступоре, смешанном со странноватым ощущением того, что такое невинное касание будит в ней целые гвардии непознаваемых эмоций.
Но она точно осознавала, что ей было приятно. Пожалуй, слишком.
Саша, не проронившей более ни звука, привел Марту к своему серебряному автомобилю, открыл перед ней переднюю дверь, дождался, пока изумленная девушка сядет в кресло, а после и сам оказался рядом со ней.
Скрипачка подозрительно смотрела на него, сведя вместе светлые брови. Парню даже стало смешно – так забавно смотрелась кузина Ники.
– Как дела, сестренка? – спросил он.
– Отлично! – отозвалась она преувеличенно бодро. – А у тебя как? Нику, наверное, ищешь?
– Нет, не Нику, тебя, – ответил Саша и добавил с видом геройствующего по чужой вол злодея: – Я ждал, пока у тебя закончится репетиция.
Решил не мешать.
«Какой ты добрый!», – мысленно вызверилась кроткая с виду Марта, а сама спросила:
– И что ты от меня хочешь?"
"Черноволосый хозяин машины хотел было ответить, но, заметив на ее волосах желто-коричневый крошечный листик, решил его убрать. Он протянул руку к лицу замершей тут же девушки, коснулся ее волос – не мягких, как у Ники, а жестких, наверное, потому что они слегка вились, и вытащил листочек.
