Северный ветер. Том 4 (СИ)

— Почти три сотни уже в составе батальона, — невозмутимо произнесла сильвана. — До двух сотен вне штата и до трёх сотен готовы присоединиться.

Ольга присвистнула. За что немедленно получила лёгкий подзатыльник от отца.

— Не свисти — денег не будет, — Владимир Андреевич задумчиво потёр неуставную бородку. — Я, конечно, знал, что дальних родичей у нас на материке полно, но чтобы полтыщи человек… То есть фейри. И что, все Вяземские?

— Все, — хмыкнул Сергей. — И как их при этом различать… Особенно с их именами.

— Заметил, да? У Светлых почти классическое трёхсложное римское имя, разве что в обиход вошли фамилии.

А вот у лесных есть личное имя и принадлежность к клану, при этом личное имя женщин кончается на — ри, а имя мужчин на ри- начинается. Ну, как правило.

— Я поговорила с нашими — большинство решило оставить свои имена для внутреннего круга, а для всяких документов взять новые, русские, — невозмутимо произнесла Шари. — Решили, что это правильно — брать новое имя, начиная новую жизнь.

— А это не против ваших правил? — уточнил Владимир.

 — Прошу прощения, могу ошибаться, ведь традиции лесных фейри все устные и неписанные, поэтому их довольно непросто кодифицировать…

— Не против, — ответила сильвана. — К тому же, это теперь наши правила. Большую часть из которых мы вольны установить сами.

— Дочь у меня довольно амбициозна, — усмехнулся Сергей. — Замахнулась ни много ни мало, а на создание четвёртой силы наряду с лесными, Светлыми и Тёмными. Так что я думаю, твоя помощь будет нам очень кстати.

— Я же просто преподаватель истории.

— … а заодно философии, политологии и даже английского.

— Небось, до сих пор говоришь, что в школе учил немецкий? — усмехнулся Владимир и вздохнул. — Я так понимаю, что знакомство плавно перетекает в совещание… Ладно, валяйте, что там у вас.

— А можно я пойду? — заёрзала Ольга.

— Сиди и слушай, тебе полезно.

— Вы ж опять небось какую-то мутоту начнёт обсуждать типа Фомы Аквинского или про универсалии… Я лучше пойду, а то мне на занятие скоро. Если опять опоздаю, то Ливия Сергевна меня палкой будет бить.

— Что значит ОПЯТЬ? — спросил Сергей.

— Ой. Я это вслух сказала, да? Вот блииин…

— И Ливия Сергеевна, это которая та самая Ливия? Ну, девчонка-подросток, которая переводчиком у нас постоянно была. Ей же лет пятнадцать.

— Это для тебя она та самая Ливия, а для нас — Ливия Сергеевна, — погрустнела девушка. — И посох у неё тяжёёёлый…

— Сказал сиди и слушай, значит сиди и слушай, — погрозил пальцем дочери Владимир.