— Слушай, а как тебя зовут? А то мы как-то не успели познакомиться…
— Можешь звать меня Мила.
— Очень приятно, Мила, а ничего если…
— Что?
— В вашей традиции можно узнавать возраст женщины?
— А почему нельзя? — спросила Мила, кладя под одеялом руку ему на живот.
— Тебе сколько лет и сколько лет твоим детям?
— Мне тридцать шесть. Детям восемнадцать, девятнадцать и двадцать. Два сына учатся в Лермане, здесь у нас нет для этого никаких условий. А дочка замужем, у нее уже двое детей.
— То есть ты уже бабушка? — спросил Джек, не подумав, и ужаснулся, ожидая реакции Милы, но та как-то странно пожала плечами, а потом ответила:
— Я даже не знаю, я этих внуков ни разу не видела.
— А почему?
— Что почему?
— Почему не видела?
— А зачем мне?
За стеной снова начался характерный шум, и рука Милы плавно скользнула по животу Джека. Разговаривать дольше было бессмысленно, внизу их ждал Штоллер, и следовало отдать должное красоте Милы.
22
Прежде чем снова сесть в броневик, Джек с Хиршем остановились подышать, а Штоллер обошел машину кругом, постукивая ботинком по колесам.
— Все, садитесь! — сказал он, отключая блокировку дверей, и Джек с Хиршем забрались внутрь.
— Ну и что? — спросил Штоллер, заводя двигатель.
— Что? — в тон ему спросил Джек.
— Вам понравилось?
— А разве это могло не понравиться? — улыбаясь во весь рот, осведомился Хирш. — Мне непонятны ваши проблемы, Штоллер.
— Наши означает савояров? — спросил капрал, разворачиваясь на парковке и стараясь не задеть стоящие там мотороллеры.
— Вот именно.
— У всякого народа свои повадки. Сейчас поедем немного прогуляться.
— Что значит прогуляться?
— Вон в тот проулок заедем.
— А почему именно туда?
— Он извилистый и тесный. И заборы с обеих сторон высокие.
Джек хотел спросить — зачем им сейчас заборы, но решил, что любопытство излишне, при том, что был еще под впечатлением недавнего свидания.
Впечатления было хорошими. Он даже подумал спросить Штоллера, можно ли как-то связаться с этими савоярками на будущее, однако решил подождать, все же они были на задании, а свидание оказалось лишь приятной неожиданностью.
Несколько стоявших возле заведения горняков смотрели вслед военной машине с неодобрением, будто считали, что Джек с Хиршем позволили себе лишнего. И хотя с местными порядками Джек немного разобрался, он все же чувствовал некоторую вину перед тем угрюмым савояром, который дождался у стойки появления Джека и Хирша со второго этажа.
